1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

Здесь Зорин взял слово уже не как председательствующий, а как представитель СССР. Его положение усугублялось тем, что до того момента он так и не получил никакой информации из Москвы даже о самом факте размещения наших ракет на Кубе.

– Вся речь господина Стивенсона, как это нетрудно заметить, носила на сегодняшнем заседании оборонительный характер. Он пытался уверить Совет в том, что действия Соединенных Штатов, вызвавшие серьезный кризис в мире, имеют какое-то оправдание. Он пытался доказывать, что Соединенные Штаты не могли поступить иначе, как только объявив самочинную блокаду и предприняв фактически пиратские действия на море, и что иначе не могла поступить Организация американских государств, которая в этом случае действовала под нажимом Соединенных Штатов Америки.

Главным мотивом действий Соединенных Штатов, как это пытался доказать господин Стивенсон сегодня, являлись якобы действия Советского Союза и самой Кубы по доставке на Кубу ядерного оружия, наступательных установок и т. п. И он хотел показать, что все это общеизвестно, что это является аксиомой и что в таких условиях ничего другого нельзя было предпринять, как только объявить блокаду, нарушить Устав и общепризнанные принципы международного права…

Дело тут вовсе не в каких-то фактах ввоза наступательного оружия на Кубу, а дело в агрессивных намерениях Соединенных Штатов по отношению к Кубе, в этом суть проблемы…

Представители независимых стран, не связанных с военными блоками, открыто заявили на Совете – мы слышали их заявления вчера, – что блокада – это незаконное дело, она противоречит Уставу Организации Объединенных Наций и общепризнанным нормам международного права; они выступили в защиту права Кубы строить свою оборону, как она считает это необходимым для себя; они выступили в защиту права кубинского народа на независимость, на независимое существование кубинского государства, и они открыто осудили эти агрессивные действия Соединенных Штатов Америки. Они выступали не только от своего имени, они выступали от имени, как заявил уважаемый представитель Объединенной Арабской Республики, более чем 40 государств стран Азии и Африки, которые не связаны с военными блоками…

Почему, спрашивается, президент Соединенных Штатов, принимая министра другой державы, которую правительство Соединенных Штатов обвиняет в посылке наступательного оружия против Соединенных Штатов на Кубу, ни словом не обмолвился с министром иностранных дел Советского Союза об этих «неопровержимых фактах»? Почему? Потому что нет этих фактов. Никаких фактов нет в руках правительства Соединенных Штатов, кроме фальшивок разведывательного управления Соединенных Штатов, которые выставляются в залах для наблюдения и рассылаются в печать. Фальшивки – вот что есть в руках Соединенных Штатов!..

18 октября президент Соединенных Штатов ничего не предъявил министру иностранных дел Советского Союза, а 22 октября он объявил блокаду и заявил, что будет топить суда Советского Союза. Разве это нормальная политика со стороны великой державы, соблюдающей принципы Устава и нормы международного права? Нет, это разбой на большой дороге, а нормальная политика великой державы несовместима с таким разбоем.

Господин Стивенсон, вы, выступая на сессии Генеральной Ассамблеи, говорили, что Соединенные Штаты стоят за мирную, нормальную и тихую дипломатию, они против «холодной войны», они против каких-либо действий, которые могут взбудоражить мир и создать напряженную обстановку. Где же ваша дипломатия? Где же она?

Видно, что правительство Соединенных Штатов сознательно обострило кризис, сознательно подготовило провокацию и пыталось прикрыть ее обсуждением в Совете Безопасности тогда, когда не было для этого никаких оснований. Но так вести мировую политику нельзя. Такие авантюристические шаги могут привести к катастрофическим последствиям для всего мира. И об этом советское правительство предупреждало Соединенные Штаты и весь мир.

Ответ Стивенсона был беспощадным:

– Я должен вам сказать, господин Зорин, что я не обладаю такой же, как у вас, способностью делать свои выступления туманными, искажать факты, говорить на путаном языке и двусмысленно; и должен признаться вам, я рад, что не обладаю такими способностями. Господин посол, разрешите мне сказать вам следующее: у нас есть доказательства. У нас они есть, и они ясны и неопровержимы. И я еще должен добавить, кроме того, что это оружие следует вывезти с Кубы.

Но я также должен сказать вам, сэр, что в действительности в мире произошли изменения. Вы, Советский Союз, послали это оружие на Кубу. Вы, Советский Союз, нарушили равновесие сил в мире. Вы, Советский Союз, создали эту новую угрозу, а не Соединенные Штаты.