1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

– Да, но ничего серьезного не происходит, – заметил Кеннеди. – Самые опасные суда развернулись. Очевидно, они не хотят, чтобы мы их захватили. Что мы выиграем, если его пропустим?

– «Бухарест»? – уточнил Макнамара. – Только то, что избежим ситуации, когда будет обстреляно судно, которое в глазах общественности является примером судна, не перевозящего запретных грузов.

– Не лучший прецедент, – повторил Раск.

– Другое судно намного лучше, – не унимался Макнамара.

– Полагаю, мы можем сказать, что на данный период русские соблюдают карантин, – констатировал Роберт Кеннеди. – Они развернули все остальные суда.

Президент Кеннеди размышлял:

– Дело в том, что, как уже отметил Бобби, карантин в определенной степени уже можно считать успешным, так как часть судов развернулась. В результате карантина 14 судов повернули назад. Проблематичным является то, что нам придется захватить русское судно, а Хрущев говорит, что не допустит этого. Вопрос в том, когда будет лучше, чтобы это случилось: сегодня или завтра. Как только мы остановим судно и поймем, что будет происходить потом, мне кажется, что если через день или позднее мы внесем ГСМ в карантинный лист на основании того, что пусковые площадки продолжают, как вы говорите…

– Да, и самолеты Ил-28 собираются, – подхватил Макнамара. – Поэтому мы внесем в список авиационный бензин.

Затем коротко обсудили ответ президента У Тану, согласовали его со Стивенсоном, подсократили и отправили в Нью-Йорк. Ответ выглядел так: «Хочу выразить глубокую признательность Вам за Ваше послание, которое я получил вчера.

Как мы заявили в Совете Безопасности, настоящая угроза возникла вследствие того, что на Кубу тайным образом были ввезены наступательные вооружения; решение этой проблемы – устранение этих вооружений.

В нашем послании и заявлении, сделанном в Совете Безопасности вчера вечером, вы сделали несколько предложений и предложили начать предварительные переговоры для того, чтобы выяснить, возможно ли прийти к согласию в сложившейся ситуации.

Посол Стивенсон готов обсудить эти меры с вами. Хочу заверить вас в нашем желании достичь удовлетворительного решения этой проблемы мирным способом».

Ни о чем.

После этого «Экском» перешел к обсуждению дипломатических вопросов.

– Бразилия обратилась к нам с очень интересным предложением: объявить Латинскую Америку безъядерной зоной, – рассказал Раск. – Эта идея быстро распространится. Очень вероятно, что она быстро найдет отклик и в Африке.

Президент был не в восторге от этой идеи.

– Мы даже не знаем, есть ли ядерное оружие на Кубе.

– Но понимаете, есть блок, в который входят 50 государств, – напомнил Раск о существовании третьего мира.

– Это значит, нам нужно уйти из Марокко? – возмутился Диллон.

– Нет, это не так, – успокоил Кеннеди. – У нас нет ядерного оружия на базах в Марокко.

За столом начался бурный обмен репликами, из которого был слышен голос Раска:

– Я хотел упомянуть о такой возможности. Это может сильно повлиять на Генеральную Ассамблею и на весь мир и оказать давление на Советский Союз из-за присутствия этого оружия на Кубе.

Кеннеди вернул обсуждение на землю:

– Вчера вечером мы направили ответ Хрущеву, не так ли?

– Да, – подтвердил Банди – Письма у Теда Соренсена. Одну минуту. Вы хотите, чтобы я зачитал их?

– Да, прочтите то, что относится к делу, для тех, кто еще не…

– Это длинное письмо от Хрущева о нашей аморальности, о том, что карантин ни к чему не ведет, что ОАГ ни на что не годится, и что советский народ будет бороться вместе с ними. Я зачитаю несколько последних абзацев, – сказал Банди и заметил. – Вчера вечером мы это проверили, возможно, самый интересный комментарий сделал посол Томпсон. Томми, зачтите это, пожалуйста.

– Как я понял, в этом письме говорится о начале силового сопротивления, что вынуждает нас перейти к силовым мерам, – заявил Томпсон.

– Вчера вечером мы направили ответ президента.

Банди его зачитал.

– Нам нужно перейти к более интенсивным действиям, – сделал вывод Макнамара. – Но как нам это сделать?

Президент принял решение:

– Вот, что нужно делать. Давайте подождем. Мы всегда можем захватить это судно. Мы можем это сделать, как вы говорите, «глаза в глаза». Мы можем подождать Хрущева или У Тана. Окей, у нас еще есть 6 или 7 часов, чтобы взять на абордаж «Бухарест». Мы встретимся сегодня в 5:00. Подумаем об этом еще.

– Вы можете захватить танкер, не взрывая его, Боб? – поинтересовался Роберт Кеннеди у Макнамары.

– Да, – неуверенно ответил министр обороны[1379].

Ситуация с «Бухарестом» разрешится благополучно. Приказ остановить его пришел на эсминец «Блэнди», на борту которого находился Хухтхаузен. Вот его рассказ.