280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

Этот разговор я вспоминал еще долго. Понял, что тоже был жертвой определенных клише. Даже тут поддакивал, когда слышал: «Ну, у тебя же детей нет» — «Ну да, мне легче…». А эти люди не искали себе оправданий — они живут здесь и сейчас по принципу «Если я этого хочу, я это сделаю, и дети, когда вырастут, будут меня уважать».

Через два дня мы снова приплыли в Таурангу и с радостью провели там еще один день — этот городок оказался очень уютным и благоустроенным: чистенькие ухоженные домики и, что меня поразило больше всего, — окна без штор и дворы без заборов. Никто ничего не опасается и не стесняется.

— И что — совсем не боитесь, что к вам во двор кто-нибудь залезет? — спросил я местную женщину, вышедшую на крыльцо своего дома.

— А зачем ему лезть в мой двор? — искренне удивилась она. — У него что, своего нет?

Резонно.

В этот раз уже удалось побывать на одном из двух пляжей Тауранги — серферском. И мне показалось, что каждый житель города, едва родившись, уже становится на доску — серфят там все поголовно, от малышни до дедушек. Причем, что характерно, — все без гидрокостюмов: видимо, прирожденным серферам такие мелочи ни к чему.

День 171Акароа, Новая Зеландия

74 621 км пути

Следующей остановкой на нашем пути из Новой Зеландии в Австралию была деревушка Акароа — «уголок Франции в Новой Зеландии». Эту землю в свое время французы планировали выкупить у маори, но не успели: британцы очень не вовремя колонизировали Новую Зеландию. Французы подумали и договорились уже с англичанами о своем присутствии на полуострове Банкс. Поэтому французское влияние в деревне очень ощущается, даже французские флаги на домах можно увидеть. В целом это — оазис для уставших от жизни туристов: тихий залив, окруженный остатками потухшего вулкана, зеленые холмы, песчаный пляж, уютные красивые домики, украшенные цветами в горшках, чистые улочки. Даже хоббитам с эльфами здесь было бы в самый раз.

Во время променада по этим улочкам мы с Марусей вдруг остановились у одного из домов: сперва наше внимание привлекли фигурки музыкантов-африканцев, обложенные мозаикой.

— Смотри, еще скульптура! — Маруся подошла поближе. — И еще! Ты посмотри, сколько человечков… А это целая семья! Вау, мозаичное яйцо!

Следующие, наверное, полчаса мы посвятили разглядыванию этого необычного двора — он оказался местной достопримечательностью: Садом мозаик с Домом гигантов.

Оказывается, дом был построен еще в 1880-м, а в наше время его купила художница и садовод Джози Мартин. Однажды, вскапывая сад, она нашла в земле целые залежи осколков старого фарфора. И решила сперва сделать в доме мозаичные ступени. Затем мозаичным стал пол веранды, затем в саду появилась первая скульптурная инсталляция. Так хобби Джози сделало ее дом местной достопримечательностью и принесло ей бизнес-успех и массу наград.

— Вот, а могла бы врачом стать! — иронично заметила Маруся, когда мы под огромным впечатлением покидали Сад мозаик.

— Ну да, и ненавидела бы сейчас своих пациентов, беря в долг до получки, — предположил я. — Все-таки, что ни говори, важно любить свое дело. Если любишь, к тебе не может не прийти успех.

Когда мы прибыли на корабль, нас ждали тревожные новости: какой-то отморозок расстрелял две мечети в новозеландском городе Крайстчерч. Мы же как раз направлялись в Данидин — город, находящийся совсем недалеко от того кровавого места.

Едва сойдя на берег, мы увидели массу плакатов — на растяжках, на балконах, даже на деревьях. Смысл написанного на них был один: «Мы любим мусульман!» Не обращайте, мол, внимания на одного подонка, мы — страна, открытая для всех. Причем, если на дереве не удавалось разместить полноценный плакат, туда вешали просто ленточки со словами поддержки. Сказать, что мы были удивлены, — ничего не сказать. Мы были покорены! Просто обезоружены этим единством в проявлении любви, а не ненависти.

В целом же самое яркое впечатление от Данидина — даже не его живописные домики, красивейшее здание университета Отаго, китайский сад и живописные утесы на берегу океана, а одна-единственная улица — самая крутая в мире Болдуин-стрит. Честно говоря, не завидую ее жителям. Или нет, завидую: это ж какие ноги нужно иметь, чтобы ежедневно в прямом смысле взбираться в гору! В Лондоне, проектируя городскую застройку Данидина, не учли местный ландшафт и провели некоторые улицы буквально по склонам холмов. В результате Болдуин-стрит начинается на высоте 30 м над уровнем моря и заканчивается на высоте ста.

Пока мы с Марусей, запыхавшись, еле перебирали ногами дорогой вверх, мимо нас спокойно пробежал местный дедок в шортах — явно тренированный. Я же, дойдя наконец до конца улицы, долго не мог отдышаться и присел на бордюр. А дальше помню только отчаянный крик Маруси и несущуюся на меня с горы машину… Я чудом успел отскочить! Честно говоря, в Новой Зеландии с ее общей расслабленностью мы сами расслабились и такого подвоха никак не ожидали.