А я и не знала, как люблю дождь

– Можете не продолжать. На ваш счет мне уже был звонок. Я, Григорий Емельянович, – наконец представился он.

– Вы к нам, санитаром?

– Угу.

– Но трудится, станете за палатную и процедурную медсестру, так как людей у нас не хватает, – развел он руками.

– Понимаю, я согласна.

– Я о вас наслышан, надеюсь, вы не подведете. Только оклад здесь не велик.

– Я знаю, буду стараться.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Григорий Емельянович после чего они немного посидели, уточняя детали. Начальник сообщил, что документы об устройстве можно заполнять не сразу, постепенно, по мере необходимости. А, уже, с завтрашнего дня следует приступить к своим обязанностям в терапевтическом отделении. Там Валю встретит Мария Ильинична, заведующий.

– Медицинский халат, резиновые перчатки, моющие средства и все необходимое можно получить у старшей медсестры, – дал, напоследок, указания новой сотруднице Григорий Емельянович.

   Стоя в дверях, Валя поинтересовалась на счет будущего места жительства в поселке. Нет ли в деревне свободного домика или кто-то может пустить на квартиру, к себе, пожить постороннего человека. Григорий Емельянович предложил обратится к   Лидии Семеновне, живущей недалеко от больницы:

– Это добрая старушка, сейчас осталась одна, недавно похоронила мужа, сейчас живет одна. Дети живут в Екатеринбурге, много работают, не имеют возможности часто приезжать… – объяснил главврач.

– Я уверен она не откажет вам в жилье.

– Спасибо, – поблагодарила Валя на прощание. – До новых встреч.

– Да, не за что. Обустраивайтесь, Валя, отдохните с дороги, а завтра ждем вас на работе.

   Так Валя поселилась в уральской глубинке. Старушка действительно оказалась чрезвычайно приветливой. Увидев гостью, всплеснула руками и пригласила ту за стол, налила чаю, тепло приняла и без разговоров согласилась сдать комнату.

   Григорий Емельянович девушке также пришёлся по душе. Когда она выходила за ворота больницы – мысленно отметила про себя: «До чего же главный похож на Винни-Пуха!».

   Каково было ее удивление, когда, потом, Валя узнала, что именно так Григория Емельяновича, между собой, шутливо, называют коллеги и сотрудники амбулатории. За глаза, разумеется… И внешне он имеет что-то медвежье. Плотного телосложения, среднего роста, с широким лицом. Гиперстеник (крупный, плотный, склонный к полноте человек). Опрятный вид: белоснежный халат, чистая рубашка и аккуратная галстук-бабочка. Широкоплечий. Вежливо-приветливый искренне (полная противоположность наглому Геннадию Ивановичу). На крупном лице крупные черты лица. Лоб широкий с некоторыми прямыми морщинами и залысинами. На вид лет 46-50.

   Настали трудовые будни, и новая жизнь! Девушка всю себя отдавала работе. Стремилась, как можно быстрее позабыть, всё то, нехорошее, что с ней, по случаю, приключилось. Работа ее не обременяла. Девушка старалась в свободное время вести активный образ жизни – начала бегать трусцой, совершала пешие прогулки. Валя мыла полы в отделении, делала внутримышечные и внутривенные инъекции, капельники, ставила грелки, термометры, примочки и компрессы, намывала прикроватные тумбочки и шкафчики. Раздавала лекарства, ставила банки, помогала купать тяжелых больных. Проводила профилактические беседы с пациентами. Терпеливо объясняла пожилым лицам ход некоторых медицинских манипуляций. Совместно с врачами подбирала индивидуальные методики по восстановлению организма. Понемногу девушка стала «своей» в коллективе. Ее стали ценить и местные жители – бывало Валю встречали на улице и благодарили за чуткое, душевное отношение.

   Она почти забыла свою жизнь в Екатеринбурге, как однажды…

   В тот день, Валя, заканчивала работу в процедурном кабинете. (сегодня было всего 9 внутримышечных инъекций, многих собирались выписывать). Было без пяти минут двенадцать. Девушка планировала немного перекусить. Она снимала перчатки, когда прозвучал звонок мобильного:

– Привет, – долетел до нее звонкий голос медсестры Марины, ее приятельницы из травматологии.

– Привет.

– Как поживаешь?

– Ничего, спасибо. Я не так давно вышла на свободу…

– Чем думаешь заняться? Куда-нибудь устроилась? Или не решила еще?

– Решила. Мне предложили работу…

– Где?! Надеюсь, не в колонии!

– Нет, хотя мне и предлагали. Но я отказалась. Тружусь санитаркой в сельской больнице. Только людей здесь не хватает, дополнительно выполняю обязанности медсестры. Начальство закрывает глаза на, то, что, мне пока нельзя заниматься медицинской, а особенно лечебной, деятельностью.

– Понятно.

– Как кончится запрет, планирую переучиться на другую врачебную специальность и остаться в селе.

– Возвращаться, как я поняла, ты не думаешь?

– Да ты что?! Нет, конечно!

– Если ты на счет Геннадия Ивановича, то можешь не переживать, тут столько всего случилось, считай, сразу после твоего ареста.

– Мне не интересно. Как у тебя дела?

– Потихоньку… Ты, вот, послушай…

– Про Геннадия Ивановича мне не интересно, и вообще я занята, меня спрашивала заведующая.

– Ну, ладно, тогда. Может быть, в другой раз всё обсудим.

– Наверное…

– До свидания.