А. П. Чехов в воспоминаниях современников

Частые отрицательные отзывы о театре в письмах к Щеглову, возможно, диктовались тем, что Чехов считал его хорошим писателем и слабым драматургом и постоянно призывал вернуться к беллетристике, тем более что Щеглов очень переживал свои драматургические неудачи (см. восп. Потапенко, с. 330—332).

Водевиль Чехова «Медведь» был написан в феврале 1888 г. Впер­вые поставлен в театре Ф. А. Корша 28 октября 1888 г. Письмо Чехова к Щеглову о спектакле и игре актеров — от 2 ноября 1888 г.

Отрицательный отзыв о спектакле напечатал Флеров (Васильев) в «Московских ведомостях», 1888, № 302, 31 октября.

В письме А. Н. Плещееву от 15 сентября 1888 г.

Слова Репетилова из «Горе от ума» (1824) А. С. Грибоедова.

Письмо А. Н. Плещееву от 15 января 1889 г. Кин — герой пьесы А. Дюма-отца «Кин, или Гений и беспутство» (1836).

Первая постановка «Иванова» на александринской сцене состоя­лась 31 января 1889 г.

Из письма Щеглову от 18 февраля 1889 г.

В письме от 23 сентября 1896 г. Чехов, конечно, шутил. Комиче­ская актриса Левкеева участвовала во втором спектакле («Счастли­вый день» Н. Я. Соловьева, 1877), поставленном в тот же вечер после «Чайки».

Персонаж из пьесы А. Н. Островского «Женитьба Белугина» (1877).

В изданном в 1901 и 1902 гг. томе пьес (изд. А. Ф. Маркса) Чехов заменил белую повязку у Треплева, похожую на чалму и вызывавшую смешки в зале, на темную.

Первый спектакль «Ревизора» в Александринском театре состо­ялся 19 апреля 1836 г.

Лично Чехов с Гаршиным знаком не был. Он писал Плещееву 31 марта 1888 г.: «Два раза был я у Гаршина и в оба раза не застал. Видел только одну лестницу», а 15 сентября 1888 г. на просьбу Плещеева дать рассказ в сборник «Памяти В. М. Гаршина» ответил: «...таких людей, как покойный Гаршин, я люблю всей душой и считаю своим долгом публично расписываться в симпатии к ним... »

Из письма Щеглову от 24 октября 1892 г.

Доктор А. Т. Тарасенков наблюдал Гоголя в последние дни его жизни, автор книги «Последние дни жизни Н. В. Гоголя» (СПб., 1857).

Известно, что Л. Н. Толстой посетил Чехова в клинике 28 марта 1897 г., но очень вероятно, что 5 апреля он был у Чехова вторично. Это подтверждает и сообщение, опубликованное Д. И. Азбукиным («К биогра­фическим материалам об А. П. Чехове». — Русские ведомости, 1910, № 13, 17 января). Сведения о пребывании Чехова в клинике Азбукин получил от лечащего врача Чехова, ассистента Остроумовской клиники

M. H. Маслова, который рассказал Азбукину: «На седьмой день крово­харканье прекратилось совершенно. Теперь доктора получили возмож­ность выслушать и выстукать больного, а он — ходить и разговаривать», и прибавил: «Был у него граф Толстой, и Лев Николаевич и Антон Павло­вич, гуляя по коридору, громко разговаривали». Это не могло быть 28 марта, когда Чехов не мог еще ни вставать, ни громко разговаривать. Другое подтверждение мы находим в воспоминаниях профессора А. Г. Ру­санова, который приводит выдержки из своего дневника, в частности, воспроизводит беседу Л. Н. Толстого с его другом, Г. А. Русановым, — отцом А. Г. Русанова, состоявшуюся в апреле 1897 г.: «Мне рассказывал Андрюша, — заговорил мой отец, — что у Остроумова все это время лежал Чехов, вы были у него?

— Я был у него два раза в клинике, — ответил Лев Николаевич» («Воспоминание о Льве Николаевиче Толстом». Воронеж, 1937).

В письме М. О. Меньшикову от 16 апреля 1897 г. Чехов писал: «В клинике был у меня Лев Николаевич, с которым вели мы преинте­ресный разговор, преинтересный для меня, потому что я больше слушал, чем говорил. Говорили о бессмертии. Он признает бессмертие в кантов- ском вкусе; полагает, что все мы (люди и животные) будем жить в начале (разум, любовь), сущность и цели которого для нас составляют тайну. Мне же это начало или сила представляется в виде бесформенной студени­стой массы, мое я — моя индивидуальность, мое сознание сольются с этой массой — такое бессмертие мне не нужно, я не понимаю его, и Лев Нико­лаевич удивляется, что я не понимаю».

Из письма Щеглову от 5 октября 1895 г.

Строки из стихотворения М. Ю. Лермонтова «А. С. Смирновой» (1840).

Это был не третий, а уже восьмой приезд Чехова в Петербург.

Имеются в виду строки из III главы «Выбранных мест из пе­реписки с друзьями» (1847) Н. В. Гоголя, названной «Значение болез­ней»: «О! как нужны нам недуги! Из множества польз, которые я уже извлек из них, скажу вам только одну: ныне, каков я ни есть, но я все же стал лучше, нежели был прежде... »

Это место в «Степи» осталось без переделки (см. вступ. статью, с. 22).