Читаем А. П. Чехов в воспоминаниях современников полностью

В другом варианте воспоминаний К. А. Коровина, озаглавленном «Случай с Аполлоном», художник так рассказал о встрече с Чеховым после получения медали: «Мы <...> поехали к Антону Павловичу Чехову звать его в Сокольники. А. П. Чехов посмотрел на наши медали и сказал:

Ерунда! Ненастоящие.

Как ненастоящие? — удивился Левитан.

Конечно. Ушков-то нет. Носить нельзя. Вас обманули — ясно.

Да их и не носят, — уверяли мы.

Не носят... ну вот. Я и говорю, что ерунда. Посмотрите у городо­вых, вот это медали. А это что? — Обман» (Возрождение. Париж, 1931, № 2252, 2 августа).

О встречах с Коровиным весной 1904 г. Чехов писал О. Л. Книппер- Чеховой 7 апреля: «Два дня подряд приходили и сидели подолгу ху­дожники Коровин и бар. Клодт; первый говорлив и интересен, второй молчалив, но и в нем чувствуется интересный человек».

Перефразировано стихотворение А. С. Пушкина «Талисман» (1827): «Там, где море вечно плещет».

Коровин еще при жизни Чехова написал несколько этюдов, на которых был виден чеховский домик в Гурзуфе. М. П. Чехова писала Антону Павловичу 13 апреля 1904 г.: «Есть два очень интересных этюда гурзуфских около нашей дачи».

В. Г. КОРОЛЕНКО АНТОН ПАВЛОВИЧ ЧЕХОВ

(Стр. 34)

Впервые — Русское богатство, 1904, № 7. Печатается по тексту: Чехов в восп., с. 135.

Короленко Владимир Галактионович (1853—1921) — писатель.

4 июля 1904 года Короленко, живший летом в деревне Джанхот возле

Новороссийска, получил телеграмму о смерти Чехова, и 6 июля в его записной книжке-дневнике появилась запись, озаглавленная «Смерть Чехова»: «Вчера из Новороссийска мне прислали телеграмму: в Баден- вейлере (Шварцвальд) умер от чахотки А. П. Чехов. Я знал Чехова с 80-х годов и чувствовал к нему искреннее расположение. Думаю, что и он тоже. Он был человек прямой и искренний, а иные его обращения ко мне дышали именно личным расположением. <...> ...чувство, которое я к нему испытывал, без преувеличения можно назвать любовью» (ЛН, т. 68, с. 523). После этой записи Короленко приступил к подготовке воспомина­ний о Чехове и уже 12 июля отослал их в редакцию журнала. Короленко, однако, не был удовлетворен своими воспоминаниями, надеялся позднее их дополнить, но и в последнем прижизненном издании собрания его сочинений (изд. А. Ф. Маркса. СПб., 1914) они остались без изменений, сняты только два вводных абзаца, а также окончание, содержавшее сле­дующие строки: «Читатель простит мне эти, может быть, бессвязные и беспорядочные строки, лишенные претензии разобраться до конца в ха­рактере и размерах понесенной русскою литературою утраты. Разбирать­ся придется еще много, и процесс этот большой и сложный. Эти строки продиктованы лишь непосредственным ощущением тяжелой потери... » (ЛН, т. 68, с. 526). В дневнике Короленко от декабря 1916 года есть такая запись о Чехове: «У него <...> выходило хорошо все, — даже сношения с Сувориным, с которым он дружил сначала и разошелся потом. И все ясно до прозрачности: почему дружил и почему разошелся» (ЛН, т. 68, с. 524).

Об отношении Чехова к Короленко свидетельствуют его письма. Так, 9 марта 1899 года он писал Л. А. Авиловой: «Короленко чудесный пи­сатель. Его любят — и недаром. Кроме всего прочего в нем есть трезвость и чистота». В день пятидесятилетия Короленко 15 июля 1903 года Чехов послал ему телеграмму: «Дорогой, любимый товарищ, превосходный человек, сегодня с особенным чувством вспоминаю Вас. Я обязан Вам многим. Большое спасибо. Чехов». Об отношении Чехова к Короленко как к писателю вспоминает Ф. Д. Батюшков: «Помню один разговор с А. П. Чеховым, который очень любил Короленко <...>. Это было за год до кончины Чехова. Мы шли, беседуя, ночью по Невскому, взад и вперед, между Литейным и Надеждинской, и как будто Чехов все хотел что-то досказать. Наконец он высказал — это было по поводу сдержанного и не­доверчивого отношения Л. Н. Толстого к Короленко, как к писателю. «Но я нашел, чем победить его предубеждение, — поспешил заявить Антон Павлович, — вы помните, конечно, очерки «У казаков»... Там есть одна сцена у трактира... превосходная... Я дал ее прочесть Льву Николаевичу... никакой выдумки, все верно, правдиво, ярко...» (Современная иллюстра­ция, 1913, № 7).

Между Чеховым и Короленко была переписка, полностью опублико­ванная в книге: «А. П. Чехов и В. Г. Короленко. Переписка». М., 1923.

Первая встреча с Чеховым состоялась, вероятно, в феврале 1887 г., когда Короленко был в Москве проездом из Нижнего Новгорода в Пе­тербург. Письмо же Чехова к Короленко от 17 октября 1887 г. («...я чрезвычайно рад, что познакомился с Вами») надо отнести, по-видимому, ко второй встрече, когда они ближе познакомились.

Перейти на страницу:

Все книги серии Серия литературных мемуаров

Ставка — жизнь.  Владимир Маяковский и его круг.
Ставка — жизнь. Владимир Маяковский и его круг.

Ни один писатель не был столь неразрывно связан с русской революцией, как Владимир Маяковский. В борьбе за новое общество принимало участие целое поколение людей, выросших на всепоглощающей идее революции. К этому поколению принадлежали Лили и Осип Брик. Невозможно говорить о Маяковском, не говоря о них, и наоборот. В 20-е годы союз Брики — Маяковский стал воплощением политического и эстетического авангарда — и новой авангардистской морали. Маяковский был первом поэтом революции, Осип — одним из ведущих идеологов в сфере культуры, а Лили с ее эмансипированными взглядами на любовь — символом современной женщины.Книга Б. Янгфельдта рассказывает не только об этом овеянном легендами любовном и дружеском союзе, но и о других людях, окружавших Маяковского, чьи судьбы были неразрывно связаны с той героической и трагической эпохой. Она рассказывает о водовороте политических, литературных и личных страстей, который для многих из них оказался гибельным. В книге, проиллюстрированной большим количеством редких фотографий, использованы не известные до сих пор документы из личного архива Л. Ю. Брик и архива британской госбезопасности.

Бенгт Янгфельдт

Биографии и Мемуары / Публицистика / Языкознание / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Пётр Львович Вайль , Александр Александрович Генис , Петр Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное