Звучащие ныне заявления о кризисе – нужно же что-то
Но кризис может лишь вызвать ту или иную реакцию. Любое действие объясняет само себя. Действие не рождается из беспокойства, надежды или любой другой эмоции. Действие происходит само собой.
Действовать – значит пойти на риск катастрофы. Но бездействие тоже может привести к катастрофе. Идем ли мы на риск или избегаем его, риск катастрофы остается. Однако не все бедствия происходят в будущем. В этой книге я описал чреватое катастрофой нежелание рисковать. И эта катастрофа происходит здесь и сейчас.
Благодарности
Спасибо вам, всем, кто рассказал мне о своих тревогах. Вы многому научили меня, даже те, чьих портретов здесь нет; меня восхищает и изумляет все, с чем вы, незаметно для чужих глаз, сражались и продолжаете сражаться. Спасибо вам, таким уязвимым, решившим довериться чужому человеку. Вы мои невоспетые герои, ваше мужество незнакомо тем, кто счастлив.
Я выражаю благодарность Саре Нюстрём из издательства Albert Bonniers. С первого дня, когда начальные главы моей книги были еще набросками, она терпеливо помогала мне на бесчисленных виражах писательского дела. Я благодарю Кристиана Манфреда, который с его острым глазом и исключительным чувством языка, оказал неоценимую помощь при редактировании и который, к тому же пробудил во мне интерес к фильмам братьев Дарденн.
Фредрик Венцель, гений-универсал (я не преувеличиваю), не только создал обложку, но и принял участие в создании нескольких версий книги. Спасибо вам за помощь и за дружбу, Фредрик. Книгу читали и комментировали Эрик Хольмстрём, Кай Хокансон, Юсефин Паульсен, Дэн Черреман, Матс Альвессон и Карл Седерстрём. Благодарю вас всех и каждого по отдельности. Без вашего одобрения я бы не решился высказаться.
Если мне, описывая присущую науке неопределенность, удалось обойтись в этой книге без ошибок или неясностей, то уж точнее не благодаря моим имеющим компульсивный характер ритуалам и контролю. Мне помогали многие. Если какая-то ошибка и просочилась в книгу, то исключительно по моей вине. Есть, однако, человек, который читал и комментировал так много, что теперь практически делит со мной ответственность: моя вот уже пятнадцать лет как самая требовательная, умеющая ободрить и заинтересованная читательница, Анна Линдквист.
Спасибо тебе, Анна, за то, что ты есть, за то, что ты с легкостью ребенка нарушаешь правила, за то, что продолжаешь открывать мне глаза на то, каким приключением может и должна быть жизнь. И мы живем!