Адмирал Ямамото. Путь самурая, разгромившего Пёрл-Харбор. 1921-1943 гг.

«Сегодня утром я отправлялся в Урагу, когда узнал, что Ватанабе неожиданно уезжает к тебе, поэтому пишу карандашом в поезде по пути туда и обратно.

Вишня в этом году запоздала с цветением: может быть, потому, что долго стояли холода, а дождей было мало, – и бутоны все еще плотно закрыты. И все же вишня расцветет – уже второй раз с тех пор, как я видел тебя в последний раз, – через каких-то десять дней.

Есть что-то безнадежное в таких вещах в условиях войны, не правда ли? Надеюсь, твои неприятности, как ты писал, из-за бери-бери скоро кончатся…

С твоей семьей все в порядке. Пристройка к дому в основном завершена, и я сейчас занят ремонтом наиболее неприглядных частей старого дома. Йосимаса переехал к Сикаме и усердно учится. К занятиям подходит очень серьезно и заявляет, что сейчас месяц равен году в прошлом. На моего сына Тадаси, похоже, перемены в Йосимасе произвели большое впечатление…

Кога сыт всем по горло и, когда бы мы с ним ни встретились, разряжается со мной, рассказывая такое, что никому другому не доверил бы.

Мне нечего добавить о ситуации в стране в целом, но сессия парламента завершилась без какого-либо прогресса, и, похоже, на данный момент установился политический мир. Конечно, деталей не знаю, да и не хочу знать.

Уже прошел год с налета на Токио. Все, как сумасшедшие, заняты учениями, но, по-моему, большинство так и не понимает до конца, насколько серьезной становится обстановка. Перебираю в голове различные возможные варианты будущей жизни, но ни один особо не привлекает…

Сейчас города кажутся унылыми без чинодониа (см. ниже. – X. А.), но, если это значит, что народ становится серьезнее, я всей душой за это. Ужасно, если бы оптимизм уступил беспокойству, пессимизму и, наконец, апатии.

Всего лишь год с тех пор, как твой заход в Токийский залив отменен. Представляю, сколько у тебя сейчас прибавляется забот. Береги себя.

Поезд уже прошел Синагаву и скоро будет в Симбаси, поэтому заканчиваю письмо.

Теи

27 марта».

Упомянутый здесь Кога, конечно, Кога Минеичи. Под «чинодониа» (обычно группа из двух-трех бродячих музыкантов, которых нанимают на церемонию открытия нового магазина и т. п.), возможно, подразумеватся отдел информации императорского генерального штаба. «Заход в Токийский залив»: в июне прошлого года, если бы операция «Мидуэй» завершилась успешно, флот зашел бы в Йокосуку, – Хори и Ямамото с нетерпением ждали встречи друг с другом. Ссылка на цветущую вишню, хотя и наверняка написана безотносительно к чему-либо, не исключено, навеяна предчувствием смерти Ямамото.

И дата на письме, и упоминание о предстоящем отъезде Ватанабе предполагают, что именно это письмо Ватанабе привез назад на «Мусаси» 1 апреля, вместе с письмом от Чийоко. Но (хотя и кажется невозможным, что Ямамото был настолько занят письмом от женщины, что забыл о письме от друга) конверт так и остался нераспечатанным. Позднее он вернулся, так и не тронутый, к Хори вместе с личными вещами Ямамото.