Афган: разведка ВДВ в действии. Мы были первыми

Обрыв, дувал — расшибемся! Слетит «гусянка» — «духи» нам не позавидуют. С приближением кишлака возникла опасность появления мелких групп противника и даже не столько это. Мы неслись вдоль проезжей части дороги, не выезжая на нее, но, хотел я того или нет, на обочинах появились выложенные из камня стенки, фрагменты дувалов. Надо было выезжать на «грунтовку», ведущую в кишлак.

По мере сближения с объектом захвата и возможным его прикрытием живой силой противника, я исходил из того, что «духам» было известно о начавшейся против них боевой операции. И все же детали ее проведения, думаю, до них не дошли. Оценивая противника, я больше всего беспокоился о минной обстановке на подступах к объекту: заминированы ли подъездные пути к кишлаку, успеем ли мы от трассы выскочить быстрее к кишлаку, чем душманы проведут системное минирование? Вот и гнал я броню на максимальной скорости, чтобы упредить превентивные мероприятия противника по оказанию нам организованного сопротивления. Успеем вскочить в кишлак с трех направлений, замыкая атаку у школы — отлично сработали, нет — нам может не поздоровиться.

— Арифхан! Хуб?

— Хуб, хуб, рафик!

Уверенно закивал паренек, подтверждая правильное движение разведки полка к обозначенной цели. Другое дело: успели «духи» или нет понатолкать своих мин в пылищу, когда выяснили, что кишлак Шейху также оказался предметом интереса «шурави» и к нему стремится их подразделение? Залететь на окраину кишлака и закрепиться в ней — дело нашей чести, но не дальше, потому что лезть на броне в жилую зону — смерти подобно: сожгут из гранатометов, сделают завал, замкнут меж дувалами и уничтожат. Впереди разбитые дувалы, развалины, виноградник и сады абрикосов.

— Выходим к объекту, Петрович, «809-ю» — к работе!

— Понял! «Вертушки» над «ниточкой», — крикнул по внутренней связи Кожевников.

— Добро!

Приближался кишлак, в который, скорее всего, придется «нырнуть», но к восточной его окраине — цели атаки выскочим через ивняк у дороги. Обернулся к пацану — и вовремя, проводник показывал прямо. Внимание! Не «блудануть» бы на развилке дорог, где верный тупик, расстреляют в упор.

— Наблюдать! Черняков — дувал!

Глаза афганского парня были сумасшедшими. Волнуется, что ли? Разобрать не успел — «молоточным» боем долбануло в броню. Стреляют!

— Грезин, по ивняку — огонь!

Скользнул вниз, башню — вправо. «Чесанул» из спаренного пулемета ивняк, горушку. Открытым текстом в эфир:

— Внимание всем! Противник справа — огонь на упреждение по выхлопу пороховых газов!

Пыльная завеса частично скрывала машины, и «духам» сложнее было вести прицельный огонь, но дорога определенно поворачивала в кишлак. Этого еще не хватало!

— Черняков — скорость!

Длинной очередью «прошелся» над кромкой соседнего дувала, где еще вился дымок пороховых газов. Били отсюда, но, скорее всего, «духи» сменили позицию, отошли по садам выше и дальше — в кишлак. Прижавшиеся к броне разведчики из автоматов валили прибрежный «ивняк», часть абрикосовых деревьев, но так — для острастки, противника не было видно.

— Петрович, координаты «вертушкам»: «84», «38» и «6», ориентир — пыль от «коробочек». Цель обозначу трассерами и ракетами красного цвета.

— Понял, передаю.

— Внимание «22» и «23»: «777», «777»! Как поняли?

Ивашко и Воронин доложили о выходе к объекту по своим направлениям. Повернулся к парнишке, показавшему рукой — вперед. Нас обстреляли — кишлак вражеский, без прелюдий — в атаку.

— «23», обходи слева, объект перед тобой! Внимание на рощицу.

— Понял, «17».

Воронин на трех БМД пролетел к обратной окраине кишлака, до которой было метров четыреста кишлачных строений. «Двадцать четвертые» прошлись над нами и, словно зависнув в мареве наступившего утра, развернулись назад. Молодцы — среагировали быстро.

— Володя, команду «вертушкам» — взять под контроль восточную окраину кишлака. Подходим!

— Понял, ответь «полкану».

— «Факел-10», я «Астра-17», прием.

— Что у тебя? Почему не докладываешь?

— Обстрелян с направления 75 градусов, потерь не имею, выхожу на объект.

— Зачем вызвал «вертушки»?

— Прикроют захват, в кишлаке «духи».

— Почему не доложил решение?

Бля, сколько еще будет вопросов? Впереди ухнуло, звонкий выстрел орудия, пулеметные очереди.

— «10», контакт с противником, доложу позднее.

В прицеле орудия дувалы, сады, уходившие «духи». Сколько их? Пятеро?

— Петрович, ротную сеть! «23», обстановка?

— С окраины огонь, отработал осколочной и пулеметами.

— Не стоять на месте! Двигайся!

— Понял.

Скосил глаз на проводника, парень не менее уверенно показывал — только вперед.

— Черняков, за Ворониным.

Похоже, Сергея обработало прикрытие склада. Реакция бачонка не вызывала сомнений — мы на подходе к объекту. Впереди стрельба. Воронин зачищал рубеж спешивания разведчиков. Не отвлекаю его вызовом по радиостанции — спешится, доложит. Выскочили на «грунтовку», где взвод Воронина попал под огонь. Видны были следы гусениц с выездом на обочину — механики дернулись на выстрелы справа. Попадая в броню, пули издают резкий звук, схожий с ударом молотком по корпусу машины — организм реагирует.