Агенты Берии в руководстве гестапо

Расправа была крутой. Арестовали 7 тысяч человек, не только действительных заговорщиков или причастных к путчу, но и их близких, друзей или тех, кто просто знал, но не донес. Казнили около 5 тысяч. По распоряжению фюрера их предавали Народному суду Фрейслера. И смерть их ждала особо жестокая – тем способом, который был придуман для группы Шульце-Бойзена. Вешали в петле, перекинутой через мясницкий крюк. Суд над «главными виновниками» во главе с Вицлебеном и их казнь снимались на кинопленку. Смонтировали фильм для фюрера и его окружения. Хотели показывать и в армии, но отменили – сочли, что солдаты и офицеры могут возмутиться.

Но стоит остановиться еще на двух моментах, напрямую относяшихся к нашей теме. К заговорщикам принадлежал и полковник Хансен, начальник нового, военного управления РСХА – того самого, что перешло к Кальтенбруннеру от абвера. И, воспользовавшись этим, Мюллер устроил там такую чистку, что практически доломал военную разведку. То, что осталось от нее, поделили. Службы контрразведки и диверсий отошли к гестапо, а сбора информации – к внешней разведке СД.

А подозрительность Гитлера после событий 20 июля усилилась. И он лично отдал приказ о прекращении радиоигры с русскими в рамках операции «Медведь». Но она и после этого не была прервана! Причем Треппер, как правоверный коммунист, в своих мемуарах категорически отрицает работу Мюллера на советскую разведку. Он утверждает, что Паннвиц и Берг действовали уже на свой страх и риск, видя близкий крах нацистов и переметнувшись на советскую сторону в надежде на благодарность победителей. Треппер пишет о Паннвице: «Сегодня мы располагаем доказательствами, что вплоть до мая 1945 г. в сотрудничестве с верным «Кентом» он ведет свою личную игру. До последних минут войны он передает военную информацию…»

Однако это, согласитесь, ни в какие ворота не лезет. Ну как мог бы какой-то гауптштурмфюрер продолжать операцию, запрещенную самим Гитлером? А начальство в течение девяти месяцев не знало и не интересовалось, где находится подчиненный и чем он занимается? И не один подчиненный, а зондеркоманда. А начальником Паннвица был Мюллер. «Роте капелле» подчинялась только ему.

Дело идет к развязке

По вопросу открытия второго фронта, как и по многим другим аспектам Второй мировой войны, в исторической литературе существуют серьезные расхождения. Советские источники утверждали, что союзники преднамеренно затягивали высадку во Франции, выжидая, когда немцы и русские измочалят друг друга. Западные источники до сих пор зачастую повторяют, что англичане и американцы были просто не готовы к столь масштабной операции, как «Оверлорд».

Но стоит ли из чисто политических симпатий и антипатий отрицать очевидные вещи? Наверное, пора уж отрешиться от красивых сказок и признать, что ни одна из держав, участвовавших в войне, чистым альтруизмом не занималась. Конечно, главной целью у всех стран антигитлеровской коалиции было сокрушение нацизма. Тут интересы сходились. Но ведь у всех партнеров были и свои частные интересы. И их тоже не упускали. Например, с началом Второй мировой США провозгласили во внешней торговле принцип «плати наличными». И лишь после того, как откачали у дружественной Британии все золотовалютные запасы (4,5 млрд. долларов наличными и 335 млн. в американских акциях), приняли закон о ленд-лизе.

А весной 1943 г. Рузвельт направил к Сталину своего специального уполномоченного Дж. Дэвиса с конфиденциальным письмом, где предлагал устроить «сепаратную» встречу без англичан на предмет послевоенного устройства мира. И поскольку советский лидер это предложение отверг, соответствующий разговор состоялся на Тегеранской конференции, где президент США в отсутствии Черчилля откровенно подкатывался к Сталину с предложениями – дескать, после войны ослабленная Англия будет не в состоянии удержать свою огромную колониальную империю, поэтому американцам и русским стоит подумать о переделе «сфер влияния» за счет британцев. Сталин тогда отказался обсуждать этот вопрос.

Разумеется, частные интересы играли роль и при открытии второго фронта. Играли роль и сроки подготовки. Но «пришивать последнюю пуговицу к мундиру последнего солдата» можно по-разному. Хорошо известно, что заверения Черчилля о невозможности высадки в 1943 г. изза подготовленной обороны немцев и значительного количества их войск во Франции, были ложью. Имея в своем распоряжении уникальную систему дешифровки «Энигма», британский премьер читал все германские радиограммы и прекрасно знал, что оборона на Атлантическом побережье слабая и воинских контингентов мало. Тем не менее, еще и на Тегеранской конференции он убеждал открывать второй фронт не во Франции, а на Балканах. И в мемуарах продолжал доказывать, что это было бы выгоднее.