Агонизирующая столица. Как Петербург противостоял семи страшнейшим эпидемиям холеры

Наконец, еще одно мероприятие сугубо практического свойства: для блага небогатых горожан решено было расставить на улицах, рынках, в садах города бочонки с кипятком и с холодной кипяченой водой. Их ежедневно прополаскивали кипятком и наполняли водой. «В общей сложности, – подытоживал потом доктор Губерт, – раздавалось в день до 5000 ведер кипятка и 3000 остуженной кипяченой воды, главным образом, на рынках, базарах, по берегам рек, а в праздничные дни – у церквей и на кладбищах. В среднем выдавалось в месяц около 150 000 ведер кипятку, 80 000 ведер остуженной воды и около 1 200 000 порций чая и сахара. Персонал при кипятильниках состоял из 118 служащих, 5 наблюдателей и 6 артельщиков. Каждый кипятильник приготовлял от 10 до 100 ведер. Этой временной организации уделялось немалое внимание, дабы придать стройность, аккуратность, дешевизну в оборудовании и эксплуатации кипятильников».

Бесплатная раздача кипятка. 1908 г.

Развозили воду бочки пожарных частей; стояли бочонки у Литейного моста, в Михайловском, Екатерининском, Исаакиевском, Никольском, Покровском, Овсянниковском, Введенском, Румянцевском и Казанском скверах, Юсуповом саду, в Александровском парке, на Лиговском проспекте у Николаевского вокзала, да и много еще где. «В жаркие дни вода, конечно, выпивалась вся, а в некоторых местах, в особенности по праздникам, приходилось наливать воду по два раза в день», – констатировал потом еще один участник тогдашней борьбы с холерой доктор медицины Всеволод Михайлович Тылинский.

Параллельно начали санитарные осмотры наиболее неблагоустроенных городских улиц и домов, остававшихся источниками заразы. Перечень обнаруженных упущений Городская управа затем опубликовала – и он впечатляет:

– открытые сточные канавы на Миргородской улице и «по улицам за Обводным каналом»;

– «загрязнение пруда Юсупова сада вследствие: 1) отсутствия отхожего места на островке в доме сторожей, 2) отсутствия общего отхожего места в саду для публики и 3) неочищения пруда в продолжении 15 лет»;

– «загрязнение набережной реки Невы у выхода речки Монастырки, возле амбаров, вызванное отсутствием общего отхожего места»;

– «недостаточная величина навозных ям в извозчичьих дворах»;

– «отсутствие в районе Волкова поля, несмотря на 100 жилых домов, мостовых, канализации и освещения».

Чтобы не возникало сомнений в значимости таких данных, с точки зрения городской гигиены, высчитали процент удовлетворительных и неудовлетворительных в санитарном отношении, где имелись случаи холеры. Оказалось, что среди удовлетворительных домов задеты холерой были 11,4–60,9 % (в зависимости от участка), а среди неудовлетворительных – 100 %. Более чем убедительная статистика.

Тем временем пресса продолжала информировать.

«Русское слово», 11 сентября: «Бактериологическая станция произвела анализ воды в каналах и реках Петербургской губернии. Из 12-ти проб в пяти оказалось присутствие холерных вибрионов».

«Русское слово», 13 сентября: «После прививки холеры певец Народного дома Карышев съел два десятка слив, после чего заболел холерой и умер».

«Русское слово», 16 сентября: «14-го сентября на невской линии городского трамвая в течение дня было четыре холерных случая в вагонах среди пассажиров. Заболели холерой двое мужчин и две женщины. Внезапное проявление признаков холеры вызвало панику среди остальных пассажиров».

И еще одна любопытная заметка из последнего номера «Русского слова», перекликающаяся с событиями 1831 года и напоминающая о том, что лучи просвещения не всегда доходят до всех адресатов: «Артистка Нового театра Нестерова 13-го сентября подъехала к рынку на Сенной, чтобы купить кое-какие вещи. В это время на извозчике провозили холерного больного с сильной рвотой. Артистка, вынув из кармана флакон с карболовым раствором, стала обрызгивать себя. Сейчас же ее окружила толпа продавцов с криком, что она распространяет холеру. Благодаря находчивости кучера, быстро подхватившего артистку на пролетку и увезшего ее, она избегла побоев».

В стороне от эпидемии не остались на сей раз и юмористы. Знаменитый Саша Черный опубликовал в не менее знаменитом петербургском журнале «Сатирикон» (за подписью Иван Чижик) иронические «Меры предохранения против заболевания холерой»:

«1. Стихов Рукавишникова не читай.

2. Если случится по ошибке пожать руку Меньшикову, обмой оную сулемой.

3. Водку пей только кипяченую. Закусывай лимоном.

4. Рекомендуется носить набрюшники из думских речей Гучкова. Очень помогает.

5. Повесь над кроватью карточку г. Оппенгейма. Отличное дезинфекционное средство.

6. «Новое время» читай в перчатках.

7. Сырых женщин не целуй.

8. Если имеешь деньги, уезжай в Европу. Там холеры не бывает.

9. Увидев союзника на улице, перейди на другую сторону.

10. Трамваев не избегай. Зарезанные трамваем холеры не боятся.

11. Хорошо питайся и помни, что холера – болезнь тех, кому нечего есть.

12. Пой патриотические песни после каждой еды.

13. Заболев, не забудь заявить дворнику о выписке и послать благодарственную телеграмму Городской думе».