Акустические территории

Вторя Сеннету с его предложением о продуктивном использовании беспорядка, шум мог бы действовать как форма отклонения, которая, распространяясь по районам, способна в полной мере посодействовать возникновению сообщества. Беглый звук, шум может ринуться вперед, чтобы, подобно некоей странствующей фигуре, дико вращаться внутри социального и, как предлагает Мишель Серр, разрывать систему. На мой слух, беглые звуки могут подтолкнуть к обновлению домашнего, дав приют незнакомцу.

Глава третьяТротуар: шаги, походка и ритмические формы-прогулки

Well, you can tell by the way I use my walkI’m a woman’s man, no time to talkMusic loud and women warmI’ve been kicked around since I was bornAnd now it’s all right, it’s O. K.[126]Bee Jees

Можно быть в прекрасных тротуарных отношениях с человеком, который очень сильно отличается от тебя, а со временем даже завязать с ним уличное знакомство. Подобные связи могут существовать и существуют годами, десятилетиями; без этой границы они вряд ли зародились бы, а если бы даже зародились, были бы недолговечны[127].

Джейн Джекобс

Когда мы выходим из дома и оказываемся на улице, динамика звука и аудиального опыта размыкается в сферу более широкого публичного взаимодействия, обусловленного ритмами и мобильностью бытия в пути. То, что поднимается из-под земли, сквозь половицы дома, а затем выходит наружу, через парадную дверь в открытое пространство, можно описать как ритмическую гибкость, вводящую нас в контакт. На тротуаре мы встречаем приходящих и уходящих людей. В этом смысле тротуар – неустойчивая сцена, где отдельное тело делает шаг, потом еще один, чтобы в конечном счете согласовать свои движения с движениями других, проходящих мимо: я проталкиваюсь вперед, может быть, с сумкой под мышкой или на груди, перемещаясь влево, потом вправо, пытаясь пробиться сквозь группу столпившихся детей, задержавшихся на ступеньках, смеющихся и толкающих друг друга. Выступая местом движения пешеходов, тротуар функционирует как ритмическая интенсивность, сплетающая воедино мимолетные события, которые составляют важнейший аспект публичной жизни.

Тротуар – это порог между внутренним и внешним, между различными наборами ритмов, оркеструющих динамику обмена, который провоцируют отдельные тела, оставаясь к нему восприимчивыми. В свою очередь, тротуар является структурирующим пространством или топографией, которая размещает тело между внутренним и внешним; в городской среде он выступает местом потенциальности и связанной с ней проблематики социального выражения. Будь то в форме индивидуальных маршрутов или в коллективных артикуляциях, выкованных группами, тротуар является важнейшим местом современной публичной жизни – выхода и входа – и способом существования общественного собрания. В своей банальности тротуар затмевает городскую площадь, дополняя образ демократического собрания меньшими формами социальности. Можно сказать, что фрагментарная и повседневная демократия процветает на тротуаре как поле локального движения и совместного использования – того, что Джейн Джекобс называет «неформальной общественной жизнью». Тротуар для Джекобс служит важным местом для установления контактов между соседями, офисными работниками и детьми, предоставляя пространство для «посредничества между общественными организациями и частной жизнью горожан»[128].

Как конкретное выражение субъекта в публичном пространстве, в традиционной литературе ходьба символизирует повседневные городские практики. В такой литературе заложен оптимизм, на акт ходьбы возлагаются большие надежды, поскольку ходьба связывает узлы городской интенсивности, подтачивая строгие формулировки городской сети. С этой точки зрения пешеход – сила потенциальности, открывающая неограниченный горизонт.