Александр Александрович Максимов

Асептическое воспаление было избрано как более мягкий вариант по сравнению с воспалением, вызванным микроорганизмами: предполагалась, что все процессы здесь будут происходить медленнее, их будет проще отследить. Основным вопросом, ответ на который должна была дать эта работа, была проблема дальнейшей судьбы лейкоцитов, пришедших из крови в ткань при воспалении. Доминирующая точка зрения отводила им только роль фагоцитов, полагая, что все процессы образования клеток соединительной, в том числе рубцовой ткани происходят за счет размножения соответствующих местных элементов – гистиоцитов и фибробластов. Исследуя процессы в воспалительном очаге методом сопоставления «переходных форм», Максимов констатировал, что судьба разных пришлых клеток очень различается.

Полиморфнояденые лейкоциты первые приходят в очаг воспаления, довольно долго здесь остаются, но никогда не размножаются и в конечном счете погибают.

Фибробласты вступают в пролиферацию на очень ранних стадиях воспаления, погружаются в пустоты инородного тела и формируют в них межклеточное вещество и окружающую капсулу. Максимов допускает, особенно у собак и голубей (но не у кроликов) превращение фибробластов в подвижные гистиоцитоподобные клетки (он все же не смешивает их с гистиоцитами) под влиянием провоспалительных стимулов. При стихании воспаления фибробласты формируют рубцовую ткань наподобие губки, в промежутки которой внедряются амебоидные макрофагоподобные клетки, которые Максимов называет полибластами. Эти последние представляют для него особый интерес.

Дело в том, что, по наблюдениям Максимова, именно эти клетки с несомненностью имеют в основном гематогенное происхождение и возникают из одноядерных лейкоцитов – лимфоцитов, которые приходят в ткань уже на ранних этапах воспаления. Ядро и цитоплазма лимфоцитов при этом увеличиваются, гипертрофируются. Полибласты обладают активной подвижностью и фагоцитарной активностью. По мере стихания воспаления они размещаются в промежутках между фибробластами и возможно (по Максимову) даже превращаются в них. Из этих же полибластов формируются плазмоциты и гигантские клетки инородных тел.

Эти результаты произвели на Максимова очень сильное впечатление и оказались в его глазах (и в глазах большинства его современников) убедительным доказательством того, что лимфоцит – вовсе не зрелая форма, такая же, как нейтрофил, а способная к разнообразным превращениям зародышевая клетка. Именно данное исследование сделало Максимова убежденным сторонником унитарной теории кроветворения, согласно которой любой лимфоцит обладает очень широкими потенциями к развитию, выступая родоначальником всех клеток крови, а возможно, и соединительной ткани. С точки зрения современной гистологии основной вывод этой работы о превращении лимфоцитов в макрофаги является ошибочным. Очевидна и причина ошибки: не имея возможности отличить в смеси клеток моноциты, действительно способные превращаться в макрофаги, и крупные лимфоциты, тоже мигрирующие в очаг воспаления, Максимов стал жертвой искусственного ряда из переходных форм, не имеющего к действительным клеточным трансформациям никакого отношения.

Б) Клеточные процессы при воспалении – от нагноения до рубцевания

После успеха монографии о воспалении и получения места профессора в ВМА А. А. Максимов спешил развить эти исследования. Им был опубликован целый ряд работ, и ниже они будут перечислены с изложением содержания в виде основных тезисов.

«К вопросу об образовании тканей при воспалении» («Zur Frage der entzündlichen Gewebsneubildung») {23}: здесь Максимов еще раз обозначил два основных результата своего большого предыдущего исследования: 1) большинство блуждающих клеток (называемых полибластами) во время воспаления возникает из одноядерных лейкоцитов (лимфоцитов), мигрировавших из кровотока, меньшая же часть образована мобилизованными клазматоцитами (гистиоцитами) из местной рыхлой соединительной ткани; 2) малые лимфоциты подвергаются трансформации в крупные амебоидные полибласты, а затем – в плазматические клетки.