Александр Тиняков. Человек и персонаж

В следующем номере «Отечества» за подписью «Редакция» напечатана статья «Вынужденный ответ», направленная против отношения к войне Гиппиус и Мережковского:

…З.Н.Гиппиус (не секрет, что псевдоним «Антон Крайний» принадлежит ей!) негодует на то, что в настоящий момент писатели… пишут, т. е. делают то дело, к которому они призваны. В неприличной выходке – таков литературный род, к которому относится ее заметка «Апогей», – Антон Крайний выражает крайнее недовольство Леонидом Андреевым. «За какой журнал, за какую газету ни возьмись, везде статьи Л.Андреева», – пишет Антон Крайний и в доказательство перечисляет три названия! Большой русский писатель Леонид Андреев искренне и честно делает свое дело, болеет душой о русском горе <…>. Кто решится отрицать за ним право на высказывание, и кто увидит в желании искреннего и честного писателя – высказаться о важных событиях нашей жизни – предмет для глумления? Вопрос, к сожалению, не риторический, ибо Антон Крайний делает и то и другое. Под его пером упреки по адресу Леонида Андреева звучат особенно безстыдно, так как именно З.Гиппиус (она же Антон Крайний) в своих стихах требует от писателей молчания в настоящий момент:

Нужно целомудрие молчаньяИ, может быть, тихие молитвы!

Господин Антон Крайний, следуйте своим словам и постарайтесь заменить ваш цинизм даже без грации целомудренным молчанием, тихое злословие тихими молитвами! <…>

Идет жестокая война. Кровь и ответственность на всех нас. Слезы, стоны, клики сочувствия несутся со всех сторон; никто не может чувствовать себя не затронутым войной. Один Д.С.Мережковский избрал благую часть: он умыл руки в крови, как некое историческое лицо, и, отойдя в сторону, стал подсвистывать и подхихикивать всем, кто говорит, что война – не постороннее нам дело, а наше, кровное наше дело…

Конечно, впрямую отвечать на такие обвинения было бы весьма затруднительно, – пишет Николай Богомолов в своей статье «Неосуществленный цикл О.Э. Мандельштама и журнальная полемика 1915 г.», – особенно ввиду военной цензуры. <…> Кажется, именно поэтому для полемики Мережковские, используя «Голос жизни» (еженедельник, выходивший с октября 1914-го по июнь 1915 года, в котором супруги Мережковские «принимали деятельное участие» с первого же номера. – Р.С.), доверили слово Тинякову, вхожему к Сологубу и даже печатавшемуся в его журнале, а также публиковавшемуся в «Отечестве».

В восьмом номере «Голоса жизни» (18 февраля 1915 года) появилась статья Александра Ивановича «К переоценке ценностей». В ней, как справедливо определяет Николай Богомолов, «Тиняков довольно неоригинально с точки зрения профессионала, но в то же время явно претендуя на новое слово в истории мировой культуры, говорил, что исконная задача России состоит не в том, чтобы перенять достижения западной цивилизации (в том смысле, в каком это слово употреблялось в начале ХХ века), а в отказе от нее и в желании сохранить те духовные ценности, которые в ней уцелели, погибнув или погибая в Европе».

Вот несколько цитат из статьи Тинякова:

Великая по своим размерам война должна привести и к великим внутренним переменам. Она властно требует от нас переоценки, – если не всех, то большинства культурных ценностей. И прежде всего она требует пересмотра, упорядочения и углубления наших отношений к западно-европейской цивилизации. <…> К началу ХХ века несоответствие между достижениями материальной, интеллектуальной и духовной культуры на Западе стало угрожающим. Рядом с гигантским развитием техники и всяческих прикладных знаний шло в Европе моральное одичание…

Технический прогресс заставляет человеческий организм видоизменяться быстрее, чем этого требуют законы природы, он заставляет людей сообразовать работу своего сознания с работой всяческих машин, и в конце концов машина подчиняет себе человека физически и умственно. <…> Опьяненные внешними победами над природой, люди перестают думать о внутренней борьбе, и благодаря этому они преждевременно слабеют физически, развращаются умственно, мельчают духовно. <…>