Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг.

Времена были тревожные, знатные уэссекцы вели мрачные, суровые речи и собирали силы, пока норманны занимались своими делами на фризских побережьях и в устье Рейна, где в 850 году обосновался Рорик, «желчь христианства». Он принес вассальную клятву императору и получил в свое распоряжение Дуурстеде как опорный пункт для новых экспедиций. В первых смутных воспоминаниях Альфреда, наверное, оставили след викингские набеги, случавшиеся в его младенческие годы. «Язычники» для английских ребятишек начала IX века были примерно тем же, чем стали «Бони»[23] и французы для их сверстников, живших девятью столетиями позже, — призрачный образ, тем более пугающий, что о нем ничего нельзя сказать наверняка.

Судя по всему, именно люди Рорика совершили грабительский набег на Англию в 851 году, когда Альфреду было три года. В Уэссексе и Кенте захватчиков ждали и дали им решительный отпор. Жители Девона под командой элдормена Кеорла выбили захватчиков из юго-западных земель, «убив многих»; кентцы, во главе с вассальным королем Этельстаном и его элдорменом Эалхере, отразили морскую атаку в Сандвиче: в одной из рукописей Хроники говорится, что они сражались «на кораблях». Девять вражеских судов было захвачено, остальные бежали.

Другой большой флот из ста пятидесяти кораблей, вошедший в устье Темзы, действовал более успешно. Викинги захватили Кентербери и Лондон, оттеснили мерсийского короля Беорхтвульфа с его фюрдом и, переправившись через Темзу, двинулись в Суррей. Это была серьезнейшая угроза для Южной Англии, однако Этельвульф и его сын Этельбальд, возглавлявшие западносаксонский фюрд, преградили путь данам и разбили их в кровопролитном сражении при Аклее (Aclea). Как написал анналист: «Столько было тогда убитых в языческом войске, что и по сей день мы не слышали ни о чем подобном».

Давняя традиция, все еще бытовавшая в XIX веке в песнях и местных преданиях, связывает это победоносное сражение с живописной маленькой деревушкой Окли^{5}, в Суррее у подножия одного из отрогов Норд Даунс. Большой город Окли^{6} в Эссексе также претендует, хотя и с меньшими на то основаниями, на подобную честь. Третий возможный вариант, в пользу которого говорит ряд филологических и стратегических соображений, — Черч Окли неподалеку от Бейзинстока в Гемпшире. Это место именуется Аклеей (Aciei) в «Книге Страшного суда», в то время как название суррейского Окли пишется как Hoclei. Кроме того, Черч Окли располагается в самом центре уэссекцкого королевства и неподалеку проходит римская дорога, ведущая из Силчестера в Винчестер, куда, возможно, и направлялись викинги. Впрочем, и суррейский Окли также стоит на Стоун-Стрит (или Стан-Стрит), связывающей Лондон и Чичестер. Эта древняя римская дорога пересекает две параллельные гряды холмов и лежащий между ними Андредский лес.

Поскольку Хроника ясно указывает, что даны переправились через Темзу в Суррей, а Этельверд добавляет, что сражение происходило «неподалеку от леса, именуемого Аклея», филологические аргументы едва ли могут служить достаточным основанием для того, чтобы отвергать суррейский Окли в качестве возможного места сражения. Не исключено, что викинги собирались выйти на южное побережье, встретить там свои корабли, пришедшие из Темзы, и атаковать Винчестер с моря^{7}. Но где бы ни происходила эта битва, для победы в ней явно потребовались решительность и слаженность действий, и одного такого триумфа вполне достаточно, чтобы освободить Этельвульфа от всех обвинений в трусости и праздности.

В 850 году Этельвульф держал совет со своими уитэнами в Уилтоне; на совете присутствовали также старший сын короля Этельбальд и Этельстан из Кента^{8}. На следующий год отлично разработанный план обороны был претворен в жизнь со всей возможной твердостью — местные властители со своими людьми несли стражу на побережьях, а король с основными военными силами вынудил противника принять бой, прежде чем вражеские сухопутное войско и флот смогли воссоединиться, и отвел угрозу от уэссекцкой «столицы». Эта победа, увенчавшая «удачный» 851 год, оставила глубокий след в сердцах людей. Ее стали использовать как своего рода «точку отсчета», и в XII веке Генрих Хантингдонский упоминал о ней с нескрываемой гордостью, описывая воинов, падавших подобно колосьям под серпом жнеца, реки крови и все прочие ужасы жестокой войны. «Господь, — заключает он, — даровал удачу в войне тем, кто верил в Него, и ниспослал крах и страшную гибель тем, кто Его отверг». Ту же мысль выразил в IX веке хронист Пруденций Труаский, когда, рассказывая о рориковом войске, написал, что «часть его, напавшая на остров бриттов и англов, была с помощью Господа нашего Иисуса Христа ими разбита».