Аналитика как интеллектуальное оружие

Дуайт Эйзенхауэр, 34-й президент США, в 1954 году, оценивая ситуацию во Вьетнаме, сформулировал принцип домино: стоит упасть одной из костяшек для игры в домино, и от этого постепенно обрушится весь ряд. Однако доктрина сдерживания президента Г. Трумэна основывается на совершенно иных предпосылках: коммунизм – это чума, воплощение Зла; следовательно, необходимо предпринять против него крестовый поход, необходимо бороться против него везде и любыми средствами: «Политика Соединённых Штатов должна быть направлена на поддержку свободных народов, борющихся против попыток установления господства вооружённого меньшинства или против давления извне».

Дж. Кеннан считал этот дух крестового похода чрезвычайно вредным, поскольку он вёл к борьбе повсюду, к вмешательству по любому поводу, к проведению сомнительных операций, к убеждению, что следует поддерживать каждого, кто выступает против коммунистов. С конца 40-х годов до конца 80-х вопрос о целях и о способах борьбы против советского коммунизма оставался в центре внешнеполитических дискуссий в США, прежде всего в связи с войной во Вьетнаме. Участие сотен тысяч американских солдат в боевых действиях на территории Индокитая в 50-х и 60-х годах было обусловлено тем, что в умах американских политиков царила «теория домино» (принцип домино): коммунизм распространяется, как эпидемия; если он утвердится в бывших французских колониях Индокитая, он затем быстро перекинется на Бирму, Таиланд, Малайзию, Индонезию. Однако США пришлось очень дорого заплатить за право играть в Индокитае роль святого Георгия, сражающегося со Змием. Как и множество других сражений, начатых во имя самых высоких принципов, война Соединённых Штатов во Вьетнаме превратилась в заурядную военную авантюру. Причин было несколько: Южный Вьетнам, союзник американцев, проводил весьма двусмысленную политику, а его противник, Вьетнам Северный, упорно шёл на смерть во имя своих целей. При этом методы, применяемые США (бомбардировки, создание концентрационных лагерей для населения, прочёсывания местности, зачистки селений), усугубляли непопулярность этой войны.

«Полицентризм» и западная политика, 1963–1968 годы

Стимулируя отход восточноевропейских участников от их Варшавского договора и формируя из них более самостоятельные центры силы, США отказались противостоять всему блоку. Чтобы не повышать наднациональную роль СССР и его влияние, Америка пошла на смягчение закона о торговле стратегическими товарами в отношении фрондирующих партнёров в Варшавском пакте.

Советский лидер Н.С. Хрущёв в нарушение Потсдамских договорённостей разделил Берлин: все восточные немцы видели, что в Западном Берлине, куда раньше пускали беспрепятственно, уровень жизни выше, а это плохо для советской идеологии). Всем известны перипетии Карибского кризиса 1962 года, когда весь мир очутился на грани III Мировой (термоядерной) войны. Хрущёву и президенту Кеннеди пришлось вступить в переговоры. Кеннеди потребовал вывезти обратно ракеты средней дальности Р–12 с кубинской территории, у Хрущёва были два условия: оставить Кубу и её политический режим в покое и убрать американские ракеты из Турции. Кеннеди принял 1-е условие, Хрущёв отступил от 2-го. Итоги: с ядерным оружием шутить нельзя, установили прямую связь Белый Дом – Кремль. После Карибского кризиса «пошёл процесс» (более позднее выражение) ограничения ядерных потенциалов. В 1963 году США и СССР наложили частичный запрет на ядерные испытания – наземные и атмосферные (подземные взрывы разрешались).

Поворот в отношениях между Востоком и Западом, 1962–1972 годы: от Карибского кризиса до визита президента Никсона в Москву

В 60-е годы самостоятельную политику начала проводить Франция во главе с де Голлем, мечтавшим о Европейской интеграции с лидерством в нём Франции, он в 1963 году заключает Елисейский договор с ФРГ о тесном политическом и военном сотрудничестве. Франция не только по примеру Англии отказывается направить военный контингент во Вьетнам, но и выступает с осуждением американской интервенции в эту страну.

Отношение к странам Восточной Европы у США и западноевропейцев было противоречивым. Де Голль готов был признать Восточную Европу зоной влияния СССР, тогда как доктрина президента Джонсона о наведении мостов предполагала возможным откалывание стран Варшавского договора по одной. Хотя ранее, в 1956 году антисоветское выступление в Венгрии было подавлено вооружённой силой СССР, у политиков США ещё была иллюзия перспективы распада коммунистического блока.