Ангелы Опустошения

Он по обыкновению качает головой – что-то в Коди по обыкновению соглашается со мной, если это так то мы должно быть призраки сталкивающиеся по одним и тем же вопросам на ином плане где-то снаружи (в безрасстоянных громадностях)  – Но в чем смысл?

–  СЛОВА!!!  – ору я, как Рафаэль когда орет «На хер всё!»

–  Разве ты не видишь,  – говорит Коди сияя подлинной благодарностью и радостью,  – все это в действительности уже разработано для нас заблаговременно и нам остается только набирать обороты… Вот почему я хочу поехать сегодня на ипподром,  – продолжает накручивать обороты Коди,  – Я должен отыграть эти деньги обратно а кроме того мальчик мой я хочу чтобы ты кое-что знал, сколько раз подходил я к этому окошечку букмекера и просил у мужика Номер Пять, потому что как раз в этот миг кто-то рядом говорил «Номер Пять», а на самом деле мне нужен был билетик Номера Два?

–  Так почему ж ты просто не скажешь дайте мне Номер Два вместо Номера Пять, я ошибся. Он вернет его тебе, Номера эти?

(Мы с Рафаэлем также были поражены вчера в хижине постоянным базаром Коди о числах, как видно будет на скачках.)

Вместо того чтобы мне ответить согласится ли букмекер обменять сделку, он вываливает:

–  Потому что это деинкарнированная сущность сказала мне «Номер Пять» —

–  Иногда ты просто слышишь их в голове что ли?

–  Эта сущность может попытаться и заставить меня выиграть или проиграть, определенно с предзнанием исхода забега, старик, неужели ты думаешь что я не знаю почему такое фи у меня мальчик мой выходило и ты знаешь Лентяй Вилли никогда не говорил что он когда-либо что ты когда-либо отклонишься от этого второго выбора —

–  Так значит по крайней мере ты знаешь что бестелесные призрачные сущности пытаются заставить тебя проиграть – потому что знаешь что система второго выбора не может подвести.

–  Не может

–  На что они похожи?  – спрашивает Лазарь из другой комнаты где уже причесывается, на краешке постели, играя по ящику музычку.

–  По-всякому, ауры, ауры скажем того предателя пугали всех на улице, ауры показывающие огров воображения вероятно – все равно оперов.  – Вот где Коди пришпоривает по-кельтски.

–  Здоровенные истасканные призраки валом по всей линии – в это бесконечное небо, ни хрена себе Коди, что за дела?

Ох вы фру-фру и фифи-лапушки он вам продемонстрирует глаз, чтоб показать как, подпрыгивая со стула чтобы только помахать руками и поговорить – Проповедник – Мэл был прав – Заходит Лаз врубиться в Коди эдак танцующего, Коди сгибается до самого низу и впечатывает кулаком по полу, и разгибается и подпрыгивает до точки Нижинского над полом, и разворачивается и подносит мускулистые ручищи 15-с-половиной-летнего брата Малютки Эбнера[65] всплеснуть и взмахнуть у тебя перед самым носом, он хочет чтобы ты ощутил ветер и жар Господни —

–  Все это один сущностный свет за которым не может быть дальнейшего разделения,  – подпускаю я, чтоб и здесь прибавить: – Слова.

–  Иисус Христос нисходит и Его Карма знать что Он Сын Божий назначенный умереть ради вечной невредимости человечества —

–  Изо всех ощущающих существ.

–  Нет – не муравьев. Зная это, Он это делает, умирает на Кресте. Такова была Его Карма как Иисуса.  – Врубитесь что это значит.

Les onges qui mange     dans la terre…[66]

86

А всего-то надо было Коди чтоб выкарабкаться из этого – просто сказать «Но Бог превыше слов» однако какое ему дело до слов он на бега ехать хочет.

–  Вот что мы сейчас сделаем залезем в эту машинку и поедем посмотрим одну славненькую пизденку-малютку на которую я хочу чтобы вы посмотрели а потом еще заедем за вашим мальчонкой Рафаэлем Шмафаэлем, и впеРЁД!  – Как комментатор на скачках. Он перевязывает все свои бумаги и перекладывает ключи с сигаретами в карманах, мы снимаемся, Пенни которая причесывалась перед выходом на улицу и не спешила теперь вынуждена выскочить вместе с нами и прямиком в машину. Коди ждать не станет, мы бросаем Лазаря на мели в дверях свободного придуряться весь день в квартире в одиночестве – мчимся по-деловому вниз с крутого холма, и сворачиваем направо, снова сворачиваем, и сворачиваем налево и прямо на Третью улицу и ждем у светофора потом дальше не успевает тот пропустить нас в город. Коди не желает терять времени ни на волосок —

–  Это всё ВРЕМЯ, мальчик мой!  – вопит он – пускается в свою теорию времени и в то как мы все должны действовать быстро.  – Нет конца тому что надо сделать!  – вопит он (мотор громок)  – Если б только у нас было ВРЕМЯ!  – вскрикивает он чуть ли не со стоном.

–  Что к чертям собачьим ты хочешь сказать про время?  – вопит девушка.  – За ради бога, я только и слышу что этот треп про Время и Бога и прочую мутотень!

–  Ах заткнись,  – говорим мы оба (в своих презрительно-усмешливых мыслях) отчего Коди свирепеет и вымахивает машину как из преисподней на Третью улицу алкаши шатаются от бутылок что виднеются пустые в переулках, и поток машин вокруг, он матерится и виляет —