Ангелы Опустошения

–  Дневной Двойной?  – спрашивает Рафаэль трогая пальцем губу, как вдруг мысленно весь уходит в дорогу, и вот мы несемся в этой малолитражке с тяжелопыхтящим старым двигателем 1933 года, и видно отражение трех лиц в стекле, Рафаэль посредине ничего не слыша и не видя ничего а просто глядя прямо перед собой, как Будда, а возница Небесного Экипажа (полный Воз Белоснежной Команды Номер Один и Маленькая Воловья Тележка) самозабвенно тарахтит о числах, размахивая одной рукой, а третья личность или ангел внимает с удивлением. Поскольку он именно тогда говорит мне что вторая лучшая лошадь оплачивалась шестью долларами если выходила на какое-нибудь из трех первых мест, потом пятью если так было дважды, потом четырьмя трижды, затем чуть меньше четырех (центов на двадцать сорок) дважды, и приходила в деньгах весь день, первой, второй, или третьей весь день —

–  Числа,  – говорит Рафаэль издалека. Но у него с собой маленькие бумажники примерно тридцати долларов и может он сможет заработать сотню и напиться и купить пишущую машинку.

–  Вот что нам следует сделать, ввиду того что вы мне не верите, но я прошу вас увидеть и понять, но я вам так скажу, я разыграю его чтобы выигрывать весь день, по системе Лентяя Вилли – Теперь Лентяй Вилли теперь ты понимаешь Рафаэль он набил руку ставя по такой системе и когда он умер его труп нашли в том клубе а в кармане у него было 45 000 долларов – что означает что к тому времени он в натуре ставил по тяжелой и сам влиял на шансы —

–  Но у меня только 30 долларов!  – вопит Рафаэль.

–  Это придет со временем,  – Коди собирался стать миллионером по системе Лентяя Вилли и идти возводить монастыри и самаритянские приюты и раздавать «пятерки» заслуживающим бичам в Трущобах и вообще-то даже просто людям в трамваях – Затем он собирался купить «мерседес» и рвануть в Мехико по этой Трассе Эль-Пасо, «выдавая 165 по прямой и парень сам же знаешь что там надо на первой передаче потому что когда подъезжаешь к такому повороту и надо сделать его на 80 или 100, и надо продернуть через него машину то дело в том чтобы скользом пройти поворот на тормозах» – Он немного это показывает разогнавшись и одновременно переключившись на первую чтобы мы спокойно могли протиснуться на удобный красный свет (который он может определить как красный поскольку другие машины остановились, хоть и дальтоник)  – Какие дымчатые серые дали открываются нашему отважному благородному Коди? Этот вопрос я мог бы задать Рафаэлю, и тот ответил бы мне со своего коня:

«Некая дряхлая безупречная тайна».

87

– Вот что сделаем,  – говорит Коди обхватив руками нас обоих на флаготрепыхающемся ипподроме пока мы втискиваемся в самую толщу играющих под трибуной,  – Я буду играть на победителя, Рафаэль на место, Джек на три первых места, весь день, на этот второй выбор,  – (тыча в столбец второго заезда у себя в программке и в номер лошади, он видит вытягивая шею поверх голов, выпадающий второй выбор на табло тотализатора)  – Рафаэль ничего в этом не смыслит но сначала мы сознаем.

–  Нет я не буду ставить,  – говорю я,  – Я никогда не ставлю – Пошли пивка возьмем – Пиво бейсбол и хот-доги.

Поскольку в конце концов Рафаэль объявляет свою лошадь к нашему немедленному непосредственному испугу ибо ясно что он вообще ничего не понял из того что означает «второй выбор в ставках» —

–  Я поставлю на номер девять, это мистическое число.

–  Это мистическое число Данте!  – ору я.

–  Девять – девять?  – говорит Коди, похоже недоумевая,  – Почему эта собака идет на тридцать-к-одному?

Я гляжу на Коди чтоб увидеть понимает ли он, вдруг ни с того ни с сего никто ничего не понимает.

–  Где мое пиво?  – говорю я, как будто служитель стоит с ним у меня за спиной.  – Пошли за пивом и ты поставишь.

Рафаэль уже вытащил деньги и серьезно кивает.

–  Естессно,  – говорит Коди,  – Я пойду со своей лошадью второго выбора и на победителя – Понимаешь? Это номер пять.

–  Нет!  – смеется и кричит Рафаэль.  – Моя лошадь номер девять. Неужели ты не понимаешь?