Англо-бурская война

Однако для этого необходимо, чтобы вся Европа осознала одну вещь: полную безнадежность сохранения американского рынка для европейской промышленности. До тех пор, пока последняя будет цепляться за надежду развеять плохое настроение «молодого гиганта» вежливой покорностью, чтобы заключить несколько сделок, пусть даже небольших, все надежды на улучшение будут тщетны.

Только когда мы поймем, что должны вместе применять общие тарифы против любезных навязываний этого «молодого гиганта», он, со своей стороны, будет спокойно относиться к белоснежной вежливости Европы.

Но американское развитие преподносит нам и другой, гораздо более серьезный урок. Как, с одной стороны, испанская война, филиппинская война, бесцеремонность Манилы и Самоа привнесли в мировую политику тот новый тон, который заставил мистера Джоса Чемберлена и его биржевых друзей так любезно относиться к немецким торговым судам, так, с другой стороны, завоевание тропических колоний в интересах определенных групп капитала, заинтересованных в торговле этими колониями, наложило новую печать на экономическую политику наступающего века.

Таким образом, и Америка достигла конца того развития, которому подверглась Англия; После того как капитал опустошил поля, вытеснил сельское население в пролетариат и тем самым разрушил благосостояние родины, он бросает и отечественные фабрики, переселяется в варварские страны, где находит более дешевую рабочую силу, и наконец толкает государства на порабощение свободных, счастливых народов, довольных своим уединением, ради жадности сахарных воротил Кубы и Филиппин или ради жажды золота владельцев рудников Йоханнесбурга.

Какую цель преследовали Чемберлен, Родс и Бейт? Она заключалась в том, чтобы подчинить все шахты Витватерсранда одной администрации, следуя примеру Кимберли, и таким образом снизить заработную плату шахтеров после устранения конкуренции, как это произошло в Кимберли.

Что должна сделать Европа, чтобы спасти свою старую культуру? Прежде всего, она должна осознать, что за эпохой безжалостного разделения труда должна последовать эпоха интеллектуального и экономического сосредоточения, «дифференциации» и «интеграции», как говорят ученые.

«Universitas litterarum et artium» (лат.: «Совокупность литературы и искусства», современное название: университет) должен быть восстановлен в своих прежних правах. Ведь именно он дал немецкой мысли ту всестороннюю глубину системы, которая так необычайно отличала ее от механически одностороннего направления английского ума. И поскольку Бисмарк учил нас, что великие интеллектуальные цели могут быть достигнуты только на твердой почве борьбы за реальность, и поскольку мы признали, что эта борьба сегодня происходит на экономической почве, этот «universitas» следует искать прежде всего на этой почве.

Это означает, что страны Центральной Европы должны проводить экономическую политику, максимально приближенную к старой модели закрытого экономического пространства, которое потребляет все, что производится, и производит все, что нужно, чтобы прокормить своих жителей. Так что же нам нужно?

Крестьянство прежде всего.

Поскольку крестьянство в торговом государстве сохраняется только в том случае, если оно существует отдаленно от общей конкуренции, мы должны следить за тем, чтобы земельная собственность была связана и передавалась только одному наследнику. Поскольку, однако, конкуренция со стороны иностранного зерна при развитии современной торговли уже не позволяет даже не слишком обремененному долгами хозяйству получать чистую прибыль, государство должно помогать крестьянству посредством защитных тарифов, а также регулировать возможность залога земельной собственности.

Такую же защиту от безудержного грабежа со стороны крупного бизнеса должны получить и честные ремесленники, которые гордятся благородством своей работы.

Поскольку промышленность европейских стран может процветать в будущем только в том случае, если их внутренний рынок будет защищен от эксплуатации со стороны глобальных экономических империй, а собственные рынки других стран, с другой стороны, недостаточно велики, чтобы предотвратить локальные кризисы, Центральная Европа должна экономически объединиться, чтобы сформировать жизнеспособную экономическую зону, которая одна сможет обеспечить надежную защиту европейской культуры.

Как бы ни был труден этот вопрос ввиду явных различий в производстве разных государств и развитии их населения, он может и должен быть решен: а именно путем общего таможенного соглашения для защиты против угрожающей извне опасности и путем, учитывающей обоснованные потребности отдельных государств дифференцированной таможенной системы!