Англо-бурская война

То, как быстро такой подъем в жизни наций сменяется крахом, можно наблюдать в Англии каждый день. Кстати, никто не описал последствия этой экономики более метко, чем достопочтенный мистер Джос Чемберлен, автор английского вторжения в бурские государства. В работе, опубликованной им десять лет назад, этот разносторонний государственный деятель описывает последствия английской торговой экономики следующим образом:

«Никогда еще наше отечество не обладало таким огромным богатством, никогда еще оно не было так открыто выставлено напоказ на каждой улице, и никогда еще давление бедности не ощущалось так горько, и никогда еще бедность не насмехалась над массами так, как сейчас, так безнадежно, лишено человеческого достоинства, брошенное на произвол судьбы. За последние 20 лет, по достоверным подсчетам, национальное богатство увеличилось на 600 миллионов фунтов стерлингов. И все же миллион наших сограждан стонет в богадельне, а еще несколько миллионов с радостью нашли бы там приют.

Причина этого в том, что огромное богатство перетекло в несколько крупных карманов, что отдельные люди и классы приобрели богатства, превосходящие самые смелые мечты алчности, и стимулировали бессмысленную трату ресурсов, для которых не известно другого применения. Однако огромная масса тех, кто «трудится и прядет», не получила никакой доли в этих богатствах, и множество людей, превышающее население нашей метрополии, обречены на голые страдания и нищету. Стоит ли удивляться, что время от времени до наших ушей доносится ропот недовольства или крик отчаянной ярости? Какими бы мужчинами и женщинами должны были быть эти миллионы, если бы они могли без зависти и негодования смотреть на ту хорошую жизнь, которая так любит красоваться перед их глазами и которая, наряду с отвратительными закоулками нищеты, развивает роскошь, ужасно контрастирующую с голодом и лишениями, которые терпят бедняки.»

Поистине меткий рисунок! Но сам мистер Чемберлен слишком глубоко запутался в дебрях английского мнения, чтобы признать другое, не менее тревожное явление вырождения английской фабричной жизни, я имею в виду интеллектуальное и эстетическое пренебрежение промышленным пролетариатом, которое не поддается никакому описанию.

Повсюду на черных фабричных улицах вдоль реки Тайн и в Мидлсбро – одно и то же свинцовое, мрачно-серое впечатление мира, безнадежно истязающего себя изо дня в день, не зная иной цели, кроме своего умопомрачительного продолжения.

Трудно найти более оборванных детей, более оборванных женщин, более грязных и пьяных мужчин в неприглядных переулках Уайтчепела. Тупая капитуляция масс рабочего класса перед дьявольским уродством окружающей их среды, перед зловонным диким беспорядком этого наполненного ревущим шумом дымоходов пустыря, наполняет чужака ужасом!

Боже, что сделало с шекспировской «Merrz old England» скопление темных масс людей в тесных промышленных пещерах?!