Анна Герман. Сто воспоминаний о великой певице

«…Как-то мне посчастливилось прочитать два стихотворения советских поэтов: „Песню“ Риммы Казаковой и „Костыль“ Сергея Острового. Тронули они меня так, что написала к ним музыку. Потому что нашла в стихах самую сердечную правду. И хотя люди эту правду знают – когда снова слышат её со сцены, всё равно волнуются. Римма Казакова пишет о памяти, которую мы сохраним в сердцах, о тех почти мальчиках, что заслонили нас от фашистских извергов. Вторая песня – тоже о войне и о нашей чуткости: если увидишь костыль инвалида – не суетись, не забегай вперед. И дай бог, чтобы этой его боли другие люди никогда не узнали. По-моему, для человека моей профессии самое главное – не играть. Быть самим собой. И если говоришь ты о вещах серьёзных, то слушатель поймёт тебя обязательно…»

Владимир Гоцуленко, журналист, поэт, в середине 70-х – корреспондент газеты «Вечерняя Одесса» (Одесса) «Я был поражен её человеческой простоте»

Бывают встречи, о которых помнишь всю жизнь. Я по долгу работы общался со многими артистами, но такого человека, как Анна Герман, я встретил лишь однажды. Это было в 1974 или 1975 году в Одессе, когда певица приехала туда с гастролями и жила в городе несколько дней. Тогда только была создана газета «Вечерняя Одесса», это было совсем молодое издание, и я с моим коллегой Семёном Лившиным решили сделать интервью с популярной певицей.

На сцене Одесской филармонии. Фото Леонида Сидорского

Мы позвонили в гостиницу «Аркадия», где останавливалась Анна, нас соединили с её номером, мы договорились и в послеобеденное время приехали в один из живописных уголков Одессы. До этого Анну Герман я слышал только по радио, и представьте, каковым было моё удивление, когда дверь номера нам открыла такая высокая красавица!

Мы даже рассмеялись, потому что меня и Семёна высокими уж никак не назовешь! Нам пришлось задирать голову, чтобы разговаривать с ней.

Беседа была очень тёплой, мы записали разговор на магнитофон. Анна прекрасно общалась по-русски, рассказала нам, что родом из советского Узбекистана – там и выучила язык так прекрасно.

Во время встречи она предложила нам напитки – чай и кофе. Мы согласились, подумав, что сейчас она позвонит горничной и та принесет звезде её заказ. Но Анна сама начала кипятить воду и в чашечки заварила нам крепкого чая. Я был поражён этой человеческой простоте. Попросите кого-то из звёзд заварить журналисту чай – рискуешь услышать в ответ грубость! Но Анна была настоящей дамой, словно из девятнадцатого века. С необыкновенно изысканными манерами. Именно манерами, а не манерностью. Очень деликатная, спокойная и воспитанная.

Мы ушли влюблёнными в эту женщину. Именно как в человека, ведь как певица она нам и до этого очень нравилась. У неё была потрясающая человеческая энергетика, которой я больше не встречал ни у одного из артистов.

Интервью с Анной Герман вышло в «Вечерней Одессе» буквально на следующий день, её концерты ещё продолжались, и я вновь поехал в гостиницу «Аркадия» с пачкой газет с публикацией интервью. Но Анны в номере не оказалось. Газеты взяла горничная по этажу, пообещав лично отдать их певице…

Ошик Эркин, поэт, писатель, заслуженный работник культуры Узбекистана (Ташкент) «Этот товарищ приехал из города, где я родилась»

Прогулка по Самарканду, май 1979 года. Фото Ованеса Хачикяна

Мне посчастливилось увидеть знаменитую землячку два раза в жизни, и эти встречи были настолько яркими, что и сегодня я помню каждую деталь…

В августе 1970 года группа хорезмской молодёжи поехала в поездку, в маршрут которой входили несколько городов Польши: Варшава, Познань, Лодзь, Гданьск и Гдыня. Когда мы ехали из Гданьска в Гдыню, наш польский куратор Юлиуш неожиданно предложил: «Хотите, в Сопот заедем? Там сейчас проходит церемония награждения участников Международного фестиваля, и сегодня – гала-концерт». Мы, конечно, обрадовались, тем более Юлиуш сказал, что там будет выступать Анна Герман и это её второе выступление на публике после итальянской автокатастрофы.