Антология черного юмора

Прежде, чем окончательно вернуться в Ирландию и напрямую посвятить себя театру, Синг много путешествовал по Италии и Германии, долго жил во Франции, а потому ему были хороши известны все те подводные камни, что угрожали каждой из двух противоборствующих тенденций в литературе и искусстве того времени: «Сегодняшняя городская литература не таит более в себе открытий или редких сокровищ, — писал он, — разве что в каких-нибудь двух-трех книгах, выхолощенных и отшлифованных, а потому страшно далеких от того, что в глубине души интересует каждого из нас. С одной стороны, если Малларме и Гюисманс, работающие в этом направлении, а с другой — Ибсен и Золя, которые, конечно, пишут о реальной жизни, но как-то бесцветно, безнадежно». Разрешение подобного противоречия он сумел найти в предельно точном и вместе с тем исступленном, колдовском языке ирландского народа, законами географии и экономики оставленного наедине со своими собственными духами и преданиями, и в безграничной фантазии, помогающей этим людям — пастухам, рыбакам, разносчицам в пабах и лудильщикам, бродящим по деревням, — сбросить тягостную «власть холмов». Тот необычайный свет, которым сияет все творчество Синга, исходит прежде всего от этого векового первородного дерева, чей живительный сок он смог донести теперь и до нас.

ПОВЕСА — ГОРДОСТЬ ЗАПАДА

Акт II

Сара: Сэр, простите великодушно — не вы ли часом убили своего отца?

Кристи (двигаясь бочком к гвоздю, на котором висело зеркало): Я самый и есть, да поможет мне Бог!

Сара (протягивая принесенные яйца): Вот радость-то какая! Ну, тогда добро пожаловать! Я тут вам пару яичек принесла утиных на завтрак. У Пэгин-то утки — одно название, но я у хороших выбирала. Попробуйте-ка сами — я врать не стану.

Кристи (стесняясь, подходит ближе и вытягивает левую руку): Да, яйца что надо — тяжелые, крупные.

Сара: Вот еще маслица прихватила — куда ж это годится картошку всухомятку есть... Вы ведь, чай, неближний путь прошли, как папашу-то своего прикончили.

Кристи: Премного благодарен.

Онор: А от меня вам ломтик пирога — вы поди изголодались, это ж сколько вам по свету идти пришлось.

Нелли: Ну, а я принесла курочку-несушку — вареная, как есть; все равно ее давеча викарий повозкой переехал. Посмотрите-ка, мистер какая грудка у ней жирненькая!

Кристи: Да, того и гляди лопнет (дотрагивается тыльной стороной руки, в которой держит остальные подарки).

Сара: Да что вы робеете — щипните как следует! Правой-то что, больно чести будет до курицы дотронуться? (заглядывает ему за спину) Э, да у него тут зеркало! Вот так дела — сколько на свете живу, а мужчин с зеркалами за спиной до сих пор не видывала. А и то, отца ведь своего прихлопнул. (Девушки хихикают.)

Кристи (невинно улыбаясь и складывая подарки поверх зеркала): Я вам всем сегодня очень благодарен.

Вдова Куинн (незаметно входя, с порога): Сара Тэнси, Сюзанн Брэди, Онор Блейк! И в честь чего это, скажите на милость, вы тут столпились в такой час!

Девушки (хихикая, наперебой): Это он, тетушка — тот, что отца убил.

Вдова Куинн (подходит к ним): И без вас знаю, что он; за ним и пришла. У нас там игры в низинке затеяли — так пусть побегает, попрыгает или в мяч погоняет, Бог его знает, что еще.