Анты. Загадка исчезнувшего народа

К концу VIII века началась борьба византийских элит, и императрица Ирина, почитавшая иконы, ослепила родного сына-иконоборца Константина VI (780–797). Однако иконопочитатели не пользовались авторитетом в армии, византийские войска стали терпеть поражения. К этому времени на западе Европы произошли важные события. Германо-романские народы объединились в империю, а Аварский каганат пал. Благодаря этому болгары значительно усилились. Как это произошло? Попробуем разобраться.

3. Новый враг

После восстания Кувера и потери Македонии аварские каганы испытали продолжительный шок. Усеченный каганат восстанавливал силы. В течение двух десятков лет ничего не было слышно об аварских набегах. Окрестные славянские племена наслаждались миром. Затем набеги возобновились. Но теперь для аваров была одна дорога – на славян и франков. И вот аварские шайки грабят хорутан, моравов, красных хорватов, доходят до Баварии… Больше всего от аварских набегов страдали хорутане. Видимо, их княжество было полностью дезорганизовано. Его правители искали поддержки у баваров. Поддержка была оказана, но за нее пришлось заплатить крещением. Хорутанские князья приняли христианство и допустили к себе латинских священников. Православие (оно же кафоличество) еще не распалось на два религиозных мира – западный и восточный, – но разница между ними уже была. Религия стала индикатором этнических процессов. А на Западе возникла новая общность. Ее можно называть по-разному: Западная Европа, католический мир, романо-германский мир. Но в самом существовании этого суперэтноса сомнений нет, как нет сомнений и в том, что он противопоставил себя другим суперэтносам – мусульманскому, славянскому, византийскому и степному.

Разумеется, никто из современников этого не понимал. Для аваров западный мир был загнивающим миром, где этносы, которых мы условно называем «германцы-2», жили бок о бок с последними вельсками – «румынами» Италии, Испании, Галлии. Но в VIII веке в Западной Европе начались процессы этногенеза, и стали рождаться новые народы, в которых германцы перемешались с вельсками. Так возникли испанцы, французы, немцы, то есть современные европейские нации. Понятно, что процесс был не одномоментный, но по историческим меркам довольно быстрый. Западный мир стал «набухать» таким же образом, как прежде «набухали» славяне.

В VIII веке у романо-германского мира появился свой легендарный вождь – Карл Великий (король 768–800, император 800–814). Под его властью романогерманцы сплотились и начали наступление на соседей – лангобардов и саксов (те и другие относились к «германцам-2»), славян, испанских арабов и, конечно, аваров.

Трагично, что славяне находились в это время в полнейшей дезинтеграции. Процесс создания держав был у них прерван еще в конце VI века в результате появления аваров. Теперь, когда авары утратили большую часть территорий и не казались такими грозными, как прежде, славяне предпочитали жить небольшими вождествами. Они помнили о своем родстве, но не стремились объединиться политически. Например, Константин Багрянородный пишет, что белые хорваты поддерживали постоянные связи с красными. Нетрудно предположить, что такие же связи сохранились между сербами Адриатики и сорбами из приэльбских земель. Культурный обмен между потомками дунайцев и восточными славянами вообще не вызывает сомнений. Но духовное родство без политического единства оказалось в те времена хрупким товаром. У славян был еще один важный недостаток. Они любили селиться широко, просторно и занимали огромные пространства. Немцы, наоборот, густо заселяли небольшие области и выплескивались из них, как разбухшая масса из котелка. Причем их интересовала не густонаселенная Франция, с которой к тому же ощущалось родство по вере и происхождению, а языческие славянские области, где князей можно было обратить в католичество и включить в состав элиты, а простолюдинов истребить. Впоследствии западный мир осуществлял эти простые и прагматичные операции повсюду – с индейцами в Америке, неграми в Африке, индусами в Азии… Лишь до Китая он добрался слишком поздно и потерпел неудачу.

В VIII веке всё только начиналось, методы расширения западного мира и способы борьбы с ним пока не выработались, действия и противодействия были инстинктивны, словно путник шел в темноте на ощупь. Но чем дальше, тем ситуация становилась яснее. Редконаселенным славянским племенам требовалась твердая власть, чтобы противостоять натиску Запада. Но не только. Сила без идеи – ничто. Нужна была своя идеология для масс, которая позволила бы противопоставить романо-германской культуре что-то свое. Славяне поняли это не все и не сразу, что привело к веренице бед.

4. Конец Баварии