Читаем Апология математики (сборник статей) полностью

Изложенный метод рассуждения требует установления двух фактов: (1) интересующее нас утверждение верно для единицы; (2) если интересующее нас утверждение верно для какого-то числа k, то оно верно и для следующего за ним числа k + 1. Если оба факта установлены, тогда, переходя от 1 к 2, от 2 к 3 и т. д., убеждаемся, как в только что приведённом примере, что рассматриваемое утверждение верно для всех натуральных чисел.

Первый факт называется базисом индукции, второй – индукционным переходом, или шагом индукции. Индукционный переход включает в себя посылку, или предположение индукции, или индукционное предположение и заключение. Смысл посылки: рассматриваемое утверждение верно при n = k. Смысл заключения: рассматриваемое утверждение верно при n = k + 1. Сам же индукционный переход состоит в переходе от посылки к заключению, т. е. в заявлении, что заключение верно, коль скоро верна посылка. Весь в целом логический приём, позволяющий заключить, что рассматриваемое утверждение верно для всех натуральных чисел, коль скоро справедливы и базис, и переход, называется так: принцип математической индукции. Использование этого принципа и составляет метод математической индукции.

Таким образом, надеяться (всего лишь надеяться!) на успешное применение метода математической индукции можно при следующих условиях: имеется некоторое утверждение A, которое зависит от параметра, принимающего натуральные значения; требуется доказать, что A справедливо при всяком значении параметра. Так, в примере 21 A имело вид



Сам параметр называется параметром индукции; говорят также, что происходит индукция по данному параметру.

Утверждение A при значении параметра, равном 1, принято обозначать через A(1), при значении параметра, равном 2, – через A(2) и т. д. В примере 21 A(10) есть



Утверждения A(1), A(2), A(3), … называют частными формулировками, а утверждение «Для всякого n имеет место A(n)» – универсальной формулировкой. Таким образом, в наших теперешних обозначениях базис индукции есть не что иное, как частная формулировка A(1). А шаг индукции, или индукционный переход, есть утверждение «Каково бы ни было n, из истинности частной формулировки A(n) вытекает истинность частной формулировки A(n + 1)».

Доказательство по методу индукции начинается с того, что формулируются два утверждения – базис индукции и её шаг. Здесь проблем нет. Проблема состоит в том, чтобы доказать оба эти утверждения. Если это не удаётся, наши надежды на применение метода математической индукции не оправдываются. Зато если нам повезло, если удалось доказать и базис, и шаг, то доказательство универсальной формулировки мы получаем уже без всякого труда, применяя следующее стандартное рассуждение:

Утверждение A(1) истинно, поскольку оно есть базис индукции. Применяя к нему индукционный переход, получаем, что истинно и утверждение A(2). Применяя к A(2) индукционный переход, получаем, что истинно и утверждение A(3). Применяя к A(3) индукционный переход, получаем, что истинно и утверждение A(4). Таким образом мы можем дойти до каждого значения n и убедиться, что A(n) истинно. Следовательно, для всякого n имеет место A(n), а это и есть та универсальная формулировка, которую требовалось доказать.

Принцип математической индукции заключается, по существу, в разрешении не проводить «стандартное рассуждение» в каждой отдельной ситуации. Действительно, стандартное рассуждение только что было обосновано в общем виде, и нет нужды повторять его каждый раз применительно к тому или иному конкретному выражению A(n). Поэтому принцип математической индукции позволяет делать заключение об истинности универсальной формулировки, как только установлены истинность базиса индукции и индукционного перехода.

Чтобы у читателя не создалось впечатления, что принцип индукции используется только для доказательства равенств, докажем с помощью этого принципа важное неравенство.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное