Август. Первый император Рима

Немногим удавалось подняться к вершинам без вмешательства фортуны. Не стоит поэтому удивляться, что будущему Августу сопутствовала удача. Многие в то время воспринимали его лишь как юношу и не могли поверить, что Гирция и Пансу убили в бою. Удача была слишком велика, чтобы быть правдой. С чего бы это им погибнуть именно в тот момент, который был наиболее благоприятен для Октавиана? Распространился слух, будто Гирция убили его же воины, но по чьему наущению? Врача, лечившего Пансу, арестовали по подозрению в том, что он поспешил объявить о его смерти, последовавшей именно в результате его лечения. Но когда дошло до дела, ни у кого не оказалось конкретных доказательств подтасовки. Марк Брут защищал врача Гликона, которого характеризовал как высоконравственного человека.

Возможно, что и сами эти выгоды для Октавиана существовали больше в умах наблюдателей, чем в действительности. В девятнадцать лет невозможно командовать армиями и направлять политику без помощи более взрослых и опытных людей. После пятидесяти лет неустанных трудов и успехов гений Августа перестали подвергать сомнению, и стало ясно, что это был не романтический гений молодости; он всегда обладал такими чертами гениальности, которые привлекают к нему талантливых людей, и они работают вместе над осуществлением общей цели.

Молодому Октавиану нужен был опыт и помощь таких людей, как Гирций и Панса; он мог полностью доверять им, поэтому их смерть ни с какой стороны не была ему выгодна. Он попал в гущу событий таким образом, что едва ли и сам был рад.

Удивительно то, что он спокойно принял положение, в котором оказался. У него все еще оставались советники, а изоляция, в которую он попал, привлекала к нему интерес ветеранов Цезаря, которых он теперь возглавлял. Их рвение удвоилось, усиленное отцовским чувством, которое они к нему испытывали. Вожди партий сторонников Цезаря в Галлии и Испании, наблюдавшие за борьбой в Мутине, начали яснее понимать направление предстоящих действий. Они не были готовы к тому, чтобы Антоний совсем ушел со сцены; однако теперь они видели, что и Антоний не готов стать истинным лидером партии. Мутинское сражение показало силу и возможности Октавиана.

Отход Антония. Положение Октавиана. Нерешительность Цицерона. Разность интересов. Антоний в безопасности

Тем временем Марк Антоний собрал остатки своей разбитой армии и без промедления двинулся на северо-запад через всю Италию. У него оставался еще один легион в хорошем состоянии и сильная конница, которая могла защитить невооруженных людей, которых он вновь набирал под свои штандарты после поражения. С ними он собирался воссоединиться с вождями партии сторонников Цезаря в Галлии и Испании. Трудно сказать, что сталось бы с разбитыми силами Антония, если бы Гирций все еще командовал армией и стал преследовать отступающую армию противника. Но Гирций был мертв, а Децим Брут после трехмесячной голодовки и без скота и лошадей не мог предпринять такие действия; кроме того, было совершенно ясно, что и Октавиан не собирается этого делать. У Октавиана хватало других дел.

Октавиан до последней буквы завершал дела, за которые брался. Самый невероятный оптимист едва ли мог предвидеть, что через четыре месяца он сломит военное сопротивление Антония, заставит его искать убежища на границах Галлии и возьмет на себя командование освободительной армией в Мутине. Совершенно ясно, он привлекал на свою сторону людей, учитывая все точки зрения. Был ли его успех чистой случайностью или он был гениальной личностью? Было четыре возможных варианта, что Октавиан, как соломинка, будет вовлечен в дела по выполнению воли Цезаря и его планов. Успех во многом зависел от ответов различных партийных группировок: то ли гражданская война, то ли гражданский мир, укрепление государства, процветание или нищета тысяч людей, от этого зависящих.