Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

Переход от позднего палеоцена к раннему эоцену (эпохе пластов Флориссант), 56 млн лет назад, представляет самый, за исключением современности, теплый период кайнозойской эры – он называется палеоцен-эоценовым термическим максимумом. В этом промежутке времени происходили выбросы огромного количества углекислого газа из неизвестных источников, возможно, в результате извержений вулканов, а также выбросы метана со дна морей, в связи с чем концентрации парниковых газов в атмосфере значительно выросли. Температура окружающей среды тоже увеличилась – на этот раз на 5–8 °C, и повысилась кислотность океанов. Фораминиферы, входившие в состав бентоса, вымерли, но в этот раз массового вымирания удалось избежать. Животные, в том числе млекопитающие, по-видимому, адаптировались к этим условиям, мигрируя в более холодные северные широты там, где это было возможно, и быстро эволюционировали, уменьшаясь в размерах, когда источников пищи было мало. Понадобилось еще 150 тыс. лет, чтобы восстановилось естественное равновесие в круговороте углерода и метана[534].


Рис. 11.2. Ископаемый цветок, найденный в августе 2010 г. в коммерческом карьере ископаемых Флориссант, принадлежащем семейству Клэр, Флориссант, Колорадо. Это ископаемое относится к периоду между поздним эоценом (35 млн лет назад) и неогеном (23,03–2,58 млн лет назад). (Фотография Слэйда Уинстона, 2010)


После этого события произошло значительное глобальное похолодание, связанное со сдвигами континентов в результате тектонического движения плит. Когда Антарктида отделилась от Австралии, образовался глубокий канал, и в результате между двумя континентами сформировалось Антарктическое циркумполярное течение. Это течение изменило механизм переноса тепла во всех океанах и привело к глобальному похолоданию климата. Стратиграфы определяют начало олигоцена по этому событию похолодания, но конкретный возраст все еще устанавливается Международной комиссией по стратиграфии. В олигоцене, в связи с понижением температуры в океанах, морские организмы мигрировали в более теплые воды к экватору. Значительное число видов планктона, составляющего основу пищевой цепи в морях, вымерло. На суше господствовали млекопитающие. Появились луга, и травоядные увеличились в размерах.

Неогеновый период, 23,03–2,58 млн лет назад

Неогеновый период состоит из миоценовой и плиоценовой эпох (поздний третичный период) и продлился 20,44 млн лет. В миоцене, 23,03–5,333 млн лет назад, выделяют шесть веков на основе дальнейших изменений фораминифер и наннопланктона. Плиоцен, 5,333–2,58 млн лет назад, состоит из двух веков.

Миоцен был временем потепления после похолодания в олигоцене. Продолжалось дальнейшее развитие лугов, и на континентах существовало много аридных зон. В окенах впервые в значительных количествах появляются заросли бурых водорослей, жизненно важного источника пищи для морских млекопитающих. Все большее количество видов млекопитающих населяло Северную Америку.

В результате процессов горообразования в миоцене по мере пододвигания Тихоокеанской плиты под Южно– и Северно-Американскую плиты появились Анды и поднялись Сьерра-Невада и Каскадные горы, экзотические террейны. Эти горные цепи влияли на характер погоды и глобальную циркуляцию воздуха и осадков, создавая эффект дождевой тени на подветренной стороне гор, пустыни и равнины.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги