Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

До сих пор еще не все исследователи в полной мере осознали тот факт, что для раскрытия тайны былого облика нашей планеты должны внести вклад все науки о Земле и что истина может быть установлена только путем объединения данных всех отраслей знания… Только путем синтеза всех наук о Земле мы можем отыскать «истину», т. е. восстановить ту картину, которая наилучшим образом представит нам совокупность известных фактов и поэтому сможет претендовать на наибольшую вероятность, но и тогда мы должны постоянно помнить, что каждое новое открытие, к какой бы отрасли науки оно ни принадлежало, может изменить сделанные нами выводы[240][241].

Данные, свидетельствующие о дрейфе континентов

Вегенер, несомненно, был прав в одном: прогресс геологии неразрывно связан с учеными, специализирующимися в различных естественнонаучных дисциплинах. Теорию дрейфа континентов подтверждают пять групп доказательств: останки одних и тех же ископаемых позвоночных, обнаруженные на континентах, которые находятся далеко друг от друга; остатки древних древесных голосеменных растений, глоссоптерид, присутствующие на разных массивах суши; ледниковые борозды и характер распределения ледниковых щитов; горные породы и осадки сходных климатических зон, которые тянутся вдоль разных массивов суши; горные цепи по обе стороны Атлантического океана, которые служат зеркальным отражением друг друга.

Первый комплекс информации, доказывающей дрейф континентов, был получен при изучении видов крупных водоплавающих и сухопутных животных, которые появились в конце палеозоя – начале мезозоя. Некоторые из этих существ в процессе эволюции отделились от своих предков пресмыкающихся, заняли новые экологические ниши и стали выполнять новые функции. Среди представителей этих новых отделившихся ветвей были предки динозавров и млекопитающих. Ископаемые остатки листрозавров (Lystrosaurus), циногнатов (Cynognathus) и мезозавров (Mesosaurus) – обитателей суши и мелководья пресных водоемов – были найдены в Антарктиде, Южной Америке, Африке, Индии и Австралии и стали источником важнейших данных, подтверждающих теорию дрейфа континентов.

Вторая группа данных была получена в результате анализа распространения глоссоптерид, выявленных повсеместно на всех южных континентах. Ископаемые остатки трех видов позвоночных животных и одного вида растения были найдены в горных породах одного возраста на разных континентах, что подтверждало теорию континентального дрейфа.

Листрозавры – род растительноядных животных, который включает преимущественно обитателей суши и несколько водных видов, живших в конце пермского – начале триасового периода (рис. 5.6). Американский палеонтолог и специалист по сравнительной анатомии Эдвард Коуп (1840–1897) дал название этому роду животных в 1870 г.[242]. Хотя листрозавры ходили по суше и не касались туловищем земли, они обладали расставленными в стороны конечностями, что характерно для настоящих рептилий, диапсид[243]. Представители самых крупных видов листрозавров достигали в длину 2,5 м, но большинство были размером чуть меньше метра. Верхняя челюсть листрозавров отличалась наличием только длинных клыков, приспособленных для выкапывания корней, кроме того, животные обладали роговым клювом, предназначенным для срезания растительности. Геологи обнаружили ископаемые остатки листрозавров в Антарктиде, Индии, Южной Африке и несколько образцов в Китае.


Рис. 5.6. Вверху: скелет Lystrosaurus georgi (слегка модифицированный вид скелета, восстановленного Уотсоном; Williston, 1925); внизу: внешний вид листрозавра (рисунок-реконструкция Нобу Тамуры, 2016)


Циногнаты, названные так британским палеонтологом Гарри Сили в 1895 г., жили в конце пермского и в триасовом периоде[244]. Это были древние хищные обитатели суши, приземистые, длиной примерно 1 м, обладавшие сильными челюстями для разрывания мяса (рис. 5.7)[245]. Строение скелета конечностей циногнатов свидетельствует о том, что передние и задние конечности у этих животных были смещены под туловище. Палеонтологи нашли кости циногнатов в Антарктиде, Аргентине, Африке и Китае.


Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги