Читаем "Батюшкин грех" и другие рассказы полностью

После иноческих лет, проведенных на Афоне, Паисий становится не только последователем умного делания, но и активным строителем монастырей, которые действуют по чину и уставу святителей Василия Великого, Феодосия Великого, Феодора Студита и Афонской горы. Основные идеи этого устава: нестяжательность, отсечение воли и послушание, умная молитва и чтение книг, сочетаемое с непрестанным рукоделием.

Живя в Нямецком монастыре, преподобный преумножает его многократно. В обители подвизаются в молитве и трудах около 10 тысяч иноков. И здесь, как у Нестора Летописца и Иова Почаевского, путь спасения и познания Христа лежит не только в молитвенных подвигах, но и в знаниях.

Переводы святоотеческих творений Паисия Величковского с греческого на русский язык, долго бывшие единственными в русской литературе, читались повсюду. Им были изданы «Добротолюбие», сочинения преподобного Исаака Сирина, преподобного Феодора Студита, преподобного Варсонофия, святителя Григория Паламы, преподобного Максима Исповедника, сборник из творений святителя Иоанна Златоуста и многое другое. Преподобный Паисий, после преподобного Сергия Радонежского, возрождает на Руси школу старчества, которая в XIX веке расцветает в Глинской и Оптиной пустынях и имеет продолжение по день нынешний.

Три подвижника, в земле нашей просиявших. Преподобные монахи, каждый из которых — светлая спасительная грань православной веры. И как здесь сочетать многомудрых старцев с мученицей Параскевой Пятницей, которую столь любит наш народ, и ее почитание пронизывает всю историю христианской Церкви, начиная с III века?

Ее подвиг и страдания — удел мучеников за веру первых веков христианства. Но задумайтесь, разве лишь ради собственного спасения претерпела мучения и отсечение главы святая дева? Ведь озлобила она своих гонителей прежде всего тем, что несла свет истины простому народу, который исповедовал язычество и поклонялся идолам. Понимая и следуя словам Христа: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня (Ин. 14:6), святая Параскева Пятница просвещала, образовывала рядом с ней живущих, то есть возвращала им образ Божий.

А разве не этим же занимались преподобные Нестор, Иов и Паисий?

История нашей веры украшена многочисленными свидетельствами и подвижниками, она многогранна и бесконечно познаваема, но есть в ней главное — Господь, который в каждом Своем подвижнике являет маленький штришок Самого Себя, отражает Свою непостижимость в главном Своем творении — человеке.

Именно поэтому века и расстояния здесь бессильны.


Друг друга тяготы носите


Милость к падшим, сострадание к заключенным, сочувствие убогим и милосердие к нищим и обездоленным — совершенно естественные и само собой разумеющиеся христианские добродетели, особо преумноженные нашими святыми и подвижниками. Стремление к личному обожению невозможно без стремления быть похожим на Христа, и если Бог многократно прощает и бесконечно милует, то как же нам, Его возлюбившим, поступать иначе? Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6:2) — эти слова апостольские насущны, современны и повсеместны во все века христианской истории.

В начале давнего IV века в северной Римской провинции Паннония, во времена четверовластия (тетрархии), когда саму империю раздирали междоусобицы, император Диоклетиан решил, что виноваты во всем его неудачном правлении и в военных поражениях именно христиане. Очередные гонения по своей жестокости поражают историков до нынешнего дня. Среди тех, кто претерпел мученическую смерть за Христа, была и дочь римского сенатора Претекстата — Анастасия.

В те времена браки между язычниками и христианами уже не были редкостью, но обычно вера мужа или жены во Христа скрывалась от внешних. Мать мученицы, Фавста, также была тайной христианкой. Чтобы не вводить в смущение высшее общество Рима, она поручила воспитывать дочь известному своей ученостью святому Хрисогону, который впоследствии также пострадал за веру: был обезглавлен и брошен в море. Анастасия получила прекрасное образование, но кроме светских наук она знала Священное Писание и то, как нужно и должно исполнять закон Божий. Христианские истины, основанные на любви к Богу и людям, стали для молодой девицы призывом к подвигу милосердия. Многочисленные тюрьмы и темницы Римской империи на рубеже III и IV веков по Рождестве Христовом были переполнены узниками-христианами. Именно эти юдоли страданий и печали стала посещать молодая девушка, чтобы помогать больным, кормить голодных, укреплять молитвой сомневающихся.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза