Белорусские земли в советско-польских отношениях

Тогда же советские дипломаты предложили польскому правительству, для исчерпания конфликта, вывести как Красную армию, так и Войско Польское с территории Литвы и провести там плебисцит трудящихся по поводу государственной принадлежности и строя края. Из Белоруссии они предложили войска не выводить, а определить границу по линии фронта³⁰⁷. Поляки на эти предложения не ответили, продолжая развивать наступление.

Органы власти Литбел переехали в Двинск, затем в Минск. В июле 1919 г. была проведена реорганизация правительства Литбел «согласно требованиям текущего момента и указаниям ЦК РКП». Как писал 21 июля Чичерину В. Мицкевич-Капсукас, «Сталин хотел уничтожить даже формальное существование нашей республики. Большинство ЦК (КП(б)ЛиБ. – Д. К.) с этим не согласилось; нас поддержал ЦК РКП». Посетив Минск в качестве члена Реввоенсовета Западного фронта, Сталин потребовал распустить центральные органы власти Литбел, в чем, по мнению С. Хомича, была своя целесообразность: к середине лета 1919 г. польская армия оккупировала большую часть республики³⁰⁸. Мицкевичу-Капсукасу и ряду других членов ЦК КП(б)ЛиБ была поручена работа в тылу польских войск³⁰⁹. 8 августа поляки заняли Минск. Красная армия была вынуждена отойти за реку Березину, где фронт стабилизировался осенью 1919 г.³¹⁰ Однако формальную ликвидацию Литбел руководство КП(б)ЛиБ, а вслед за тем и Оргбюро ЦК РКП(б) сочли нецелесообразной с международной точки зрения. Был распущен Совет обороны республики, а правительство, хотя и только на бумаге, продолжало существовать. ЦК КП(б)ЛиБ переехал в Смоленск и оттуда руководил коммунистическим подпольем на территории Литвы и Белоруссии. Было организовано Бюро нелегальной работы, занимавшееся формированием партизанских отрядов и агитацией.

Таким образом, первая попытка советского руководства создать буфер между РСФСР и Польшей с помощью ССРБ, а затем Литбела не дала ожидаемого результата, прежде всего из-за нежелания Варшавы признавать эти, как там считали, искусственные образования. Но и после занятия Вильно и Минска польскими войсками Москва не пошла на ликвидацию проекта буферной зоны в этом регионе, сохранив на территории РСФСР советские и партийные органы Литовско-Белорусской советской республики.

Польско-белорусские контакты на Парижской мирной конференции

Вопрос о том, как понимал проблему бывших восточных окраин Речи Посполитой и путях ее решения Пилсудский, представляется довольно неоднозначным. В советской, а также в польской послевоенной марксистской историографии наиболее распространенной была точка зрения, что маршал, первоначально поддерживая федеративную концепцию, постепенно переходил на позиции правых, сближаясь с Р. Дмовским и его Национальным комитетом в Париже. Современная историография Польши, создавая зачастую апологию маршала, говорит о его безоговорочной постоянной поддержке сторонников федерации, считая даже победный для Польши Рижский мирный договор поражением Пилсудского, поскольку верх одержали сторонники инкорпорации³¹¹.

Польский историк А. Новак считает, что «на самом деле, судя по записям проектов самого Пилсудского и их дальнейшей практической реализации, он не считал федеративную и инкорпоративную модели взаимоисключающими. В беседе с В. Барановским, решительным противником эндеции, маршал выразил это очень четко: «На Востоке есть двери, которые открываются и закрываются, и все зависит от того, кто и как широко силой их откроет». В зависимости от внешне- и внутриполитических условий Пилсудский был готов включить в повестку дня инкорпоративную концепцию, а если бы появилась возможность – проводил бы более амбициозную, дающую, по его мнению, большие возможности Польше федеративную политику»³¹².

Весьма показательна дискуссия эндеков и пилсудчиков на заседаниях Польского национального комитета в Париже 23 февраля – 2 марта 1919 г. Сторонники федеративного проекта увязывали создание федерации «от моря до моря» с ее антироссийской направленностью. Пилсудчики считали необходимым «отодвинуть» Россию от польской границы, то есть создать между ней и Польшей пояс буферных государств, находящихся, разумеется, в дружбе с Польшей. Ключевыми для этой программы странами были Украина и историческая Литва, включавшая в себя и белорусские земли.