Бигуди для извилин. Возьми от мозга все!

Реальный процесс творческого мышления должен сочетать, использовать в необходимой степени обе стороны активности мозга — и умение работать с информационными структурами, и способность порождать новую информацию на основе известной. Психологи советуют работать с линейными и интуитивными играми для ума «вперемешку», наугад задавая мозгу задачи из разных областей так, чтобы включать в работу разные полушария мозга.

К числу линейных игр можно отнести так называемые метаграммы — составление цепочек слов, в которых можно, заменяя по одной букве (удлинять или укорачивать слова нельзя), перейти от одного слова к другому. Например, как сделать из «мухи» «паука»? Вот: муха — Мука — лука — лупа — купа — кура — кара — пара — парк — паук. А из 5 сделать 7 можно так: пять — путь — суть — сеть — семь. Кстати, сделать из «мухи» «слона» уже сложнее. Проводятся даже конкурсы любителей метаграмм: побеждает тот, кто составит наиболее короткую цепочку.

Слова, отличающиеся только порядком входящих в них букв, называются анаграммами. Скажем: фарш — шарф, или апельсин — спаниель. А попробуйте сами придумать анаграммы к словам атлант, лепесток или кулон.

Попытайтесь составить самостоятельно палиндром — фразу, одинаково читаемую слева направо и справа налево. Например: Аргентина манит негра; я не реву — уверен я.

В 1817-м году француз Жан Франсуа Сюдр придумал свой вариант международного языка — сольресоль. Он предложил составлять слова по определённым правилам из семи музыкальных нот (то ли был большим любителем музыки, то ли подумал, что названия нот уж точно знакомы всем народам мира[122]). Можете для тренировки сами попытаться придумать такие правила и даже написать что-нибудь на «музыкальном» языке. Сомнительно, впрочем, что вы ещё кого-то уговорите пользоваться этим языком[123].

Кто рассказал, где брод, тот перешёл реку дважды

Редко кто задумывается над тем, что многие известные крылатые фразы и пословицы, сродни парадоксальному «детскому» мышлению, имеют продолжения, которые в корне меняют привычный смысл:

«Собаку съели, хвостом подавились»;

«Кто старое помянет — тому глаз вон, а кто забудет — тому оба»;

«Старый конь борозды не испортит, да и глубоко не вспашет»;

«Ума палата, да ключ потерян»;

«О мёртвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды» и т. д.

Это свидетельство того, что справедливость любого выражения (тезиса, аксиомы и т. п.) не является абсолютной. Только мы, в отличие от детей, скованные своим опытом, не хотим в том себе признаться.

Попробуйте выбрать одно или несколько понравившихся выражений и вывернуть их смысл, доказать их ошибочность.

А.Н. Лук продолжает череду подобных фраз: «Люди часто пользуются привычными положениями, установившимися формулировками, которые отражают их коллективный опыт. Иногда эти привычные выражения подвергаются как будто незначительной перефразировке — в результате их смысл утрачивается, извращается или меняется на противоположный. При этом может получиться бессмыслица, но порою в кажущейся бессмыслице открывается новый, более глубокий смысл.

Вот образцы парадоксов Оскара Уайльда:

Ненужные вещи в наш век единственно нам нужны.

Холостяки ведут семейную жизнь, а женатые — холостую.

Ничего не делать — самый тяжкий труд.

Если скажешь правду, все равно рано или поздно попадешься.

Естественность — это поза.

Время — потеря денег.

Своя рубашка дальше от тела.

Я интересуюсь лишь тем, что меня совсем не касается.

Я могу поверить лишь невероятному.

Эта женщина и в старости сохранила следы изумительного своего безобразия.

Когда люди соглашаются со мною — я вижу, что я неправ.

У него было одно из тех, типично британских, лиц, которые стоит увидеть однажды, чтобы уже не вспоминать никогда».

«Метафоры в языке обладают выраженной эвристической функцией, имеющей значение не только в поэзии, но и во всех областях научной и практической деятельности. Их главная функция заключается в генерировании идей», — считал известный советский разработчик разных аспектов теории творчества Г.Я. Буш и цитировал при этом крупного англо-американского философа и математика Макса Блэка (Максим Чёрный родился в Баку, но уже в 1912 году вывезен родителями в Лондон, 1909–1988): «Каждая наука должна начинаться с метафор и кончаться алгеброй, возможно, что без метафор никогда не было бы никакой алгебры». «Похвалить философа за метафору — всё равно, что похвалить логика за красивый почерк», — остроумно замечал Блэк, но сам считал метафору начальным актом творчества, совместимым с серьёзным размышлением.

Одним из способов метафоротворчества, отмеченным многими известными умами, выступает сравнение по неявному признаку. «Нетрудно убедиться, что внезапность, присущая истинному остроумию, проявляется и в сравнениях по неявному или случайному признаку, когда в непохожих и несравнимых предметах выделяют неожиданное свойство, которое позволяет провести сопоставление:

Закон, что столб: преступить нельзя, а обойти можно.

Совет подобен касторке: его легко подать, но чертовски трудно принимать.