Билет на ладью Харона

Ничего интересного, как ей показалось поначалу. На одной стороне даже не газеты, а не слишком ровно оторванного газетного листа, под рубрикой «Еврейская жизнь», статья какого-то Арье Бараца по проблемам библейской истории. Ей это было совершенно неинтересно.

По верхнему краю страницы название газеты и дата «„Вести-2“, 4 января 2004 года». Старье годичной давности. Но все же родной язык. Она перевернула лист.

Что-то о предстоящей войне с Ираком (где это?), об угрозах США Северной Корее, о российско-израильских экономических проектах, о предстоящем визите в Тель-Авив президента Путина, об успехе на выборах партии «Исраэль-ба-Алия», получившей 12 мест в Кнессете.

Ну, словно вести с Марса.

И в самом низу — подчеркнутая широкой розовой полосой, чем-то вроде воскового мелка, заметка.

«По сообщению нашего специального корреспондента с места событий.

На участке израильско-сирийской границы, контролируемом российским контингентом миротворческих сил ООН, в первый день Нового года (по европейскому календарю) произошло столкновение русского патруля с крупными силами террористов, предположительно из отрядов „Хесболлах“ или „Ас Сайка“, проникших на нашу территорию.

В ходе боя уничтожено более пятидесяти террористов. Потери российской стороны — один раненый. Два офицера — майор С. Тарханов и капитан медицинской службы В. Ляхов — пропали без вести.

Их тела на поле боя не обнаружены, допрос пленных о судьбе исчезнувших пока результата не дал. Источники, близкие к информированным кругам, предполагают, что русские офицеры захвачены в плен отступившей в глубину сирийской территории частью террористов и в ближайшее время может последовать предложение об их выкупе. Спекулятивные версии о переходе майора и капитана на сторону противника мы пока рассматривать не будем. Прежде всего по причине полной бессмысленности такого поступка».

— Что такое? — Вадим сначала аккуратно съехал на обочину, помахал рукой Розенцвейгу: «Все в порядке, продолжай движение, у нас остановка по требованию», а потом только обратил внимание на слишком уж необычное лицо и взгляд подруги. — Что с тобой?

— Смотри… — она протянула ему газету.

Ляхов прочитал заметку. Один раз — по диагонали, второй — медленно и внимательно.

Забавно. Очень забавно. Какие-то русские офицеры сил ООН с похожими фамилиями воевали и пропали почти в тех же местах на год раньше, им тоже пришлось пострелять по каким-то боевикам, террористам или бойцам за очередную независимость неизвестно от кого и, главное, для чего.

Как все интересно складывается.

Будто бы некая разумная сила, пресловутый «режиссер», о котором Вадиму уже приходилось думать, старательно и последовательно подводит к мысли…

А к какой, собственно, мысли?

Параллельный мир, увиденный Тархановым.

Тот же самый или несколько иной, куда их было закинуло. В котором израильтяне пишут на иврите, а бывшие сержанты Советской армии ведут против России очередную чеченскую войну.

И в котором служили в войсках ООН майор С. Тарханов и капитан медслужбы В. Ляхов.

Ну и что из этого следует?

В теорию множественности обитаемых миров лично он, Ляхов, верил всегда.

Со времен Джордано Бруно, можно сказать.

О том, что некоторые из них могут до неразличимости походить друг на друга, достаточно доходчиво рассказал Маштаков, ссылаясь на пресловутые теории еще более, чем он сам, невменяемых гениев. Дополнительных доказательств как бы и не требовалось.

Нет же, кому-то потребовалось так аккуратно, так изящно подставить Руслана Гериева, в последние секунды жизни не забывшего сообщить, что своими глазами видел именно их или, в крайнем случае, офицеров, неразличимо на них похожих, в бою на перевале.

А на случай, если бы умирающий чеченец не успел этого сказать, подсунули страничку из русскоязычной газетки. Именно в тот журнал, который прихватила с собой Татьяна, именно ту страницу, где они прямо названы по фамилиям и званиям.

Совпадение? Не многовато ли совпадений?

Кстати, ход этот уже использовался в их новейшей истории.