Битва за Москву. Первое решающее сражение Второй мировой. 1941-1942

«Мы должны создать такую сильную оборонительную сеть, чтобы ни один враг не мог проникнуть сквозь нее…Мужчины и женщины, отправляйтесь на строительство оборонительных укреплений! Мы окружим святыню русского народа, Москву, оборонительным поясом!»

Здесь впервые прозвучали слова, которые отныне можно было почти ежечасно слышать по московскому радио, которые каждый день повторялись в газетах, печатались на плакатах: речь шла о защите России, а не о защите большевистских завоеваний. На смену призыву «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» пришел призыв «Бей фашистов, которые угрожают Родине – матери!».

В этом же духе было выдержано обращение военного совета Западного фронта: «Товарищи, в час грозной опасности для нашего государства жизнь каждого воина принадлежит отчизне. Родина требует от каждого из нас величайшего напряжения сил и мужества, геройства и стойкости. Родина зовет нас стать нерушимой стеной и преградить путь фашистским ордам к родной и любимой Москве».

Член Центрального комитета партии Лозовский был уполномочен использовать все возможности государственного и партийного аппарата, чтобы поднять русский народ на борьбу против немецких захватчиков. Призыв к обороне Родины-матери пробудили патриотические настроения по всей земле. К оружию стремились все – и зеленые юнцы, и старые солдаты, служившие в армии еще при царе. Были вновь призваны на военную службу из сибирских лагерей для интернированных лиц родственники офицеров, отправленные туда после казни маршала Тухачевского. Учреждение «всеславянских комитетов» сблизило представителей самых разных народностей Советского Союза ради общего дела – обороны Москвы. Это было похоже на наполеоновские времена, когда весь русский народ поднялся против захватчиков, пришедших с запада, и уничтожил их.

Так в первые дни октября возникли огромные оборонительные позиции от Калинина (на севере) до Тулы (на юге). Обе узловые точки были превращены в настоящие крепостные укрепления, которые должны были обескровить немецкие войска.

Отныне каждое утро, еще затемно, большие группы мужчин и женщин, рабочие предприятий и домашние хозяйки, бедно одетые и вооруженные самым примитивным шанцевым инструментом – лопатами и кирками, собирались на строительные работы. Из Москвы ежедневно отправлялось около 70 000 женщин и подростков, а также 30 000 рабочих предприятий.

Всего лишь за три недели было сооружено 361 км противотанковых рвов, 366 км противотанковых заграждений, 106 км надолбов, 611 км проволочных заграждений. Эта оборонительная система была составной: в первую очередь все мосты были подготовлены к взрыву, берега рек и ручьев заминированы. Противотанковые препятствия представляли собой почвенные складки, которые имели глубину почти 1 м и благодаря так называемой «елочке» были непроходимы для тяжелых транспортных средств. Далее следовали многочисленные ряды проволочных заграждений, а за ними – противотанковые рвы. На улицах и дорогах появились так называемые железные ежи, которые представляли собой шесть сваренных железнодорожных рельсов, соединенных один под другим колючей проволокой. Кроме того, из земли и бетона соорудили линию долговременных огневых сооружений для вкапывания огнеметов (стальной котел с огнесмесью).

Помимо этих позиций на городских окраинах, на улицах города, переходящих в междугородные шоссе, были созданы дополнительные сооружения. Рабочие городских предприятий и женщины-домохозяйки за несколько дней построили 10 км баррикад, 30 км бетонных надолбов, которые все вместе были соединены с 19 000 рогаток. Уличные заграждения дополняли запирающиеся бетонные балки, которые открывались лишь для того, чтобы пропустить движущиеся к фронту резервы.

Русское правительство с середины октября начало эвакуировать важнейшие промышленные предприятия на Урал. Поскольку из-за отступления немецкая авиация не могла атаковать железнодорожную сеть к востоку от Москвы, сконцентрировав гигантские транспортные ресурсы – 71 000 товарных вагонов, русские смогли за несколько недель перевезти в центр России или в Сибирь 498 промышленных предприятий и 210 000 рабочих.

Иностранные посольства и промышленные представительства одновременно получили инструкции покинуть город и переехать в Куйбышев, расположенный в 850 км от Москвы. Именно туда к 15 сентября были переведены важнейшие министерства и государственные учреждения Советского Союза. В этот день был перевезен и гроб с телом Ленина из Мавзолея на Красной площади.

Сам Сталин вместе с Государственным Комитетом Обороны оставался в Москве и поддерживал постоянную связь с командованиями фронтов. После переезда министерств москвичи поняли, что, вероятно, через несколько дней в город войдут немцы. В некоторых частях города начались беспорядки, были отмечены случаи ограбления продовольственных магазинов. Сталин принял воистину драконовские меры против «предателей народа», а генерал армии Жуков 19 октября объявил Москву на осадном положении, тем самым подчинив русскую столицу и ее население военным законам.