Битва за прокат. Как легендарные франшизы убивают оригинальность в Голливуде

После четырех месяцев переговоров Sony наконец смогла договориться с агентами звезд. Всем им пришлось сократить гонорар: Хэнкс получил $15,4 миллиона, Говард – $7,7 миллиона, а Грейзер – чуть меньше $2 миллионов. Еще более важно, что Sony не стала делиться четвертью каждого полученного доллара, а разделила между ними 50 % прибыли после покрытия расходов на маркетинг и производство. Хэнксу досталось 26 % прибыли, Говарду – 14 %, а Грейзеру – 10 %. Сохранить свой уровень дохода от предыдущего фильма троица смогла бы только в том случае, если бы Sony получила от фильма невиданную прибыль.

Производство «Инферно» обошлось в $90 миллионов – меньше половины бюджета «Ангелов и демонов». Sony стремилась к тому, чтобы фильм собрал хотя бы $300 миллионов и принес ей около $50 миллионов прибыли. Однако Линтон все еще сомневался, что это хорошая сделка. «Слишком дорого для такого фильма», – сказал он Паскаль.

И оказался прав. Том Хэнкс и бренд «Код Да Винчи» не оправдали даже самых скромных надежд. Третья часть собрала всего $219 миллионов, студия потеряла деньги, а для Хэнкса, Говарда и Грейзера ничего не осталось.

Разрушение «солнечной киносистемы» особенно сильно ударило по Эми Паскаль. Пусть она и недотягивала до магнатов золотого века Голливуда – ей не хватало их жестокости и склонности к мании величия, – она все же немного походила на них в ключевом аспекте: желании создать стабильный список звезд.

На заре Голливуда придерживаться такого подхода было намного проще: студии подписывали с режиссерами и актерами долгосрочные контракты, запрещавшие им работать где-либо еще без разрешения магната, который, по сути, ими владел. В 1950-х годах этой системе пришел конец, актеры и кинематографисты оказались в свободном плавании, и студии были вынуждены бороться за их лояльность. Например, убеждая сценариста или режиссера первой величины создать продюсерскую компанию и заключить контракт со студией. Подобные контракты не гарантировали эксклюзивности, но означали, что в обмен на предоставление офиса на участке и покрытие расходов у студии было право отказать такой компании в производстве любого фильма. Если кинематографист хотел снимать собственные проекты, с бо́льшим бюджетом и уровнем контроля над производством, студия все равно получала с него прибыль.

Вот почему Клинт Иствуд снял так много фильмов для Warner Bros., Леонардо ДиКаприо – для Paramount, а Джеймс Кэмерон – для Fox.

Эми Паскаль пользовалась этим инструментом весьма эффективно. Sony считали своим домом актрисы Дрю Бэрримор и Дженнифер Лопес, а также режиссеры Нора Эфрон и Джеймс Л. Брукс. Научившись располагать к себе актеров и режиссеров, Паскаль построила бизнес-стратегию на том, чтобы сделать Sony самым уютным и привлекательным местом в Голливуде. Ее конкуренты пытались сделать то же самое, но никому из них не удалось добиться такого успеха.

В 2009 году газета Los Angeles Times объявила Sony «самой лояльной к талантам студией города».

«Я не хочу, чтобы режиссеры и актеры сотрудничали с нами только ради одной картины, – говорила Паскаль. – Моя цель в том, чтобы они захотели вернуться и остались».

На публике руководители Sony заявляли, что они так же заинтересованы во франшизах, как и все остальные, но это явно не соответствовало действительности. «Нас называли студией с человеческим лицом, – размышляла Паскаль в 2014 году. – И мы ею были. Это было нашей стратегией».

Из пятидесяти лучших фильмов Sony с 2000 по 2016 год более 2/3 были «звездными машинами», в которых актер значил не меньше – или даже больше, – чем название фильма или франшизы. И, что еще более удивительно, более чем в трети этих фильмов в главных ролях снялись всего два человека, два главных актива студии после Человека-паука: Уилл Смит и Адам Сэндлер. Фильмы, в которых они снимались или которые продюсировали, с 2000 по 2015 год собрали $3,7 миллиарда, что составило 20 % от общих внутренних сборов Sony Pictures. С 2007 по 2012 год фильмы этого дуэта принесли студии $450 миллионов – 23 % всей прибыли отдела кинопроизводства.

Ни одна другая студия в XXI веке не была так зависима от популярности каких-то двух кинозвезд. И ни одна из них не могла похвастаться столь же взаимовыгодными отношениями с актерами. Именно взлет и падение Адама Сэндлера и Уилла Смита как нельзя лучше объясняют, что произошло со звездами Голливуда.

Родился и вырос в западной Филадельфии…