Битва за рейх. Последние бастионы Гитлера. 1944–1945

Это означало, что 5-й танковой дивизии запрещалось возвращаться назад в Кёнигсберг.

Чтобы такая попытка прорыва имела, по крайней мере, минимальные шансы на успех, генерал Лаш приказал, чтобы в группу прорыва были включены: штаб 61-й пехотной дивизии во главе с генерал-лейтенантом Шперлем со всеми ненужными для обороны Кёнигсберга батальонами, частями 548-й народно-гренадерской дивизии под командованием генерал-лейтенанта Зудау и артиллерийскими частями 367-й пехотной дивизии.

Этот прорыв начался с многочасовым опозданием в 2 часа ночи 9 апреля 1945 года и очень быстро застопорился, так как не удалось преодолеть плотное кольцо окружения вражеских войск, осадивших город. В завязавшейся ожесточенной схватке погиб генерал-лейтенант Зудау, генерал-лейтенант Шперль был ранен, а заместитель гауляйтера Гроссхерр, который вместе со своим сопровождением храбро сражался в первых рядах прорывавшихся войск, тоже встретил смерть на поле боя. Все воинские части, сумевшие оторваться от наседавшего противника, вернулись назад в Кёнигсберг. Стало очевидно, что осуществить прорыв лишь частью сил невозможно. Если уж и предпринимать прорыв, то только всеми имеющимися в наличии силами, и начинать его не рано утром, а еще до полуночи, чтобы воспользоваться преимуществом знания местности в темноте.

9 апреля пришел конец и самому городу-крепости Кёнигсбергу. Уже не существовало главной линии обороны, где можно было бы отражать атаки противника. Генерал Лаш принял горькое решение капитулировать[40]. В 17:30 в радиограмме, направленной в Главное командование сухопутных войск (ОКХ), он сообщил о прекращении битвы за Кёнигсберг. В официальном акте о капитуляции советское командование обещало позаботиться о гражданском населении и прежде всего о раненых и обеспечить их всей необходимой помощью. Сдавшимся в плен немецким солдатам гарантировалось достойное обращение.

Правда, после подписания акта о капитуляции и разоружении немецких солдат все произошло как раз наоборот. После добытой в тяжелом сражении победы Красная армия – как это часто практиковалось в Средние века – отдала город на 48 часов на разграбление своим солдатам.

В советской сводке Информбюро от 10 апреля 1945 года сообщалось: «Войска 3-го Белорусского фронта 9 апреля 1945 года овладели городом-крепостью Кёнигсберг».

Генерал Лаш был заочно приговорен к смерти специальным военным судом, учрежденным Гитлером. Но он предпочел вместе со своими солдатами сдаться в плен и разделить их судьбу. Он вернулся в Германию из СССР только в 1955 году.

Восточная Пруссия – март 1945

Город-крепость Кёнигсберг 06.04.1945

После падения Кёнигсберга конец Восточной Пруссии являлся вопросом лишь нескольких дней или в лучшем случае одной-двух недель. Командующий 4-й армией, генерал Мюллер, был смещен со своего поста и отправлен в отставку. Его преемником в Восточной Пруссии стал генерал танковых войск Дитрих фон Заукен, командовавший до этого 2-й армией, оттесненной на косу Хель (ныне Межея-Хельска) и в устье Вислы. Теперь он стал новым и последним командующим в Восточной Пруссии, который должен был командовать соединениями на полуострове Замланд. Эти соединения получили высокопарное обозначение «Армия Восточной Пруссии».

Осталось лишь рассказать, что стало с гауляйтером Кохом, который постоянно призывал к сопротивлению и хотел обеспечить надежную оборону города-крепости Кёнигсберг и добиться его деблокирования.

Уже несколько часов гауляйтер Кох знал, что Кёнигсберг пал. Это известие ему передали по радиотелеграфу его доверенные люди. Он сидел на авиабазе Нойтиф на косе в относительной безопасности и поспешил доложить в Берлин Верховному главнокомандованию вооруженных сил (ОКВ), что генерал Лаш предатель и саботажник. Два дня спустя Верховное главнокомандование вооруженных сил заявило:

«После многодневных яростных атак противника город-крепость Кёнигсберг был сдан большевикам комендантом крепости, генералом пехоты Лашем. Из-за трусливой сдачи крепости генерал Лаш был приговорен военным судом к смерти через повешение (заочно. – Ред.). Его родственники также понесли ответственность».

Напрасно выступал в защиту генерала Лаша его непосредственный начальник, генерал пехоты Фридрих Вильгельм Мюллер, один из высших офицеров сухопутных войск, отмеченный множеством наград.