Битва за рейх. Последние бастионы Гитлера. 1944–1945

Когда все эти протесты, направленные в Главное командование сухопутных войск (ОКХ) и даже в Верховное главнокомандование вооруженных сил (ОКВ), не возымели действия, в конце марта генерал Лаш попросил нового командующего группой армий «Север», генерал-полковника Вайса, освободить его от этой должности. Но командующий группой армий «Север» никак не мог согласиться с этим.

Тем временем тридцать советских дивизий сосредоточились вокруг Кёнигсберга и четырех немецких дивизий, измотанных в тяжелых боях. Соотношение в танках было 100 к 1[39]. Красная армия подтянула к городу мощные артиллерийские соединения. Сосредоточенные здесь главным образом тяжелые орудия должны были до тех пор обстреливать крепость, пока та не «созреет» для штурма.

Благодаря нескольким разведывательным вылазкам ударных отрядов, в ходе которых были захвачены пленные, командование крепости узнало, что штурм Кёнигсберга должен произойти в период с 5 по 7 апреля 1945 года.

Эта ожидаемая атака началась 6 апреля 1945 года. Тридцать советских стрелковых дивизий при поддержке двух воздушных армий (4-й и 15-й) и артиллерии, насчитывавшей тысячи стволов, включая и реактивные установки залпового огня, обрушили смертоносный огонь на Кёнигсберг. Этим массированным ураганным огнем были нарушены все линии связи.

После этого несколько стрелковых дивизий при поддержке танковых соединений атаковали пригород Кёнигсберга Шарлоттенбург, где держала оборону 548-я народно-гренадерская дивизия. Противник сумел глубоко вклиниться и в переднюю линию обороны на участке 1143-го гренадерского полка 561-й народно-гренадерской дивизии. После ввода в действие всех имевшихся резервов генерал Лаш потребовал у командования армии немедленно вернуть в город 5-ю танковую дивизию, которая первоначально входила в состав сил, оборонявших Кёнигсберг. Она должна была сосредоточенной огневой мощью своих танков вернуть потерянные позиции. 7 апреля Красная армия продолжила свои атаки. Было расширено достигнутое накануне вклинение в районе пригородов Амалиенау и Юдиттен. Как раз в тот момент, когда начальник оперативного отдела коменданта крепости связался с 5-й танковой дивизией, произошло новое вклинение русских войск, теперь на участке 1-й пехотной дивизии, которая слева примыкала к 561-й народно-гренадерской дивизии. Уже почти достигнутое соглашение о подчинении 5-й танковой дивизии коменданту крепости снова было отменено. В связи с изменившейся обстановкой теперь она должна была действовать на участке 561-й народно-гренадерской дивизии и 1-й пехотной дивизии и уничтожить прорвавшегося там противника.

На юге Кёнигсберга соединениям Красной армии удалось прорваться на участке обороны 69-й пехотной дивизии и дойти до устья реки Прегель. Теперь генерал Лаш ходатайствовал о прорыве всего гарнизона крепости на запад. Но командование армии отклонило и это ходатайство.

Вечером 7 апреля на юге Кёнигсберга передняя линия обороны проходила на рубеже улица Рейхсштрассе – Центральный железнодорожный вокзал – Хаберсбергер-штрассе – Фридлендерштрассе и доходила до улицы Альте-Визеншанце.

Чтобы не позволить соединениям противника перейти через Прегель на участке обороны 69-й пехотной дивизии, генерал Лаш приказал перебросить в этот район подразделения 61-й пехотной дивизии. Однако они прибыли слишком поздно. До вечера 7 апреля 1945 года здесь оставался свободным очень узкий коридор, который вел на запад.

Рано утром 8 апреля русские штурмовые отряды переправились с юга через Прегель. Таким образом, кольцо окружения вокруг Кёнигсберга снова сомкнулось. В течение 8 апреля 61-я пехотная дивизия отошла в город.

Заместитель гауляйтера Восточной Пруссии, Гроссхерр, который все еще оставался в Кёнигсберге, ходатайствовал перед гауляйтером Кохом, находившимся на авиабазе Нойтиф и готовым в любой момент отправиться на запад, о выделении необходимых военных сил для прорыва из города-крепости на запад. «Фиговым листком» этого бегства гауляйтера, сначала на авиабазу Нойтиф, явилась его так называемая «забота» о спасении гражданского населения, о котором он совершенно не беспокоился, когда еще было время для его эвакуации.

Генерал Лаш предложил гауляйтеру Коху осуществить прорыв всеми имевшимися у него силами, так как это казалось ему самым верным средством сохранения войск, которые можно было бы использовать для обороны нового рубежа, оторвавшись от противника. Но и командование армии, к которому он обратился, решило: «Город-крепость Кёнигсберг необходимо удерживать до конца».

Только ударные отряды и группы получили разрешение прорываться с важной документацией и устанавливать связь с 561-й народно-гренадерской дивизией, занимавшей позиции западнее Кёнигсберга. Эта дивизия должна была во взаимодействии с 5-й танковой дивизией атаковать с запада, чтобы облегчить прорыв таких ударных отрядов. Для этого армия издала дополнительный приказ: «В ходе такого контрудара 5-я танковая дивизия не должна пересекать окраину населенного пункта Юдиттен».