Бюро Вечных Услуг

– Как сложно все у тебя выходит. Зануда ты, Нестор Иванович, – Герман нашел в себе силы улыбнуться. – Все проще, все куда проще. Когда народ жаждет справедливости и рвется на революционные баррикады, когда уродливой кляксой расползается по стране гражданская война, когда в прошлом любящие друг друга супруги отвратно и мелочно делят имущество после развода, когда соседи в деревне строят друг другу козни, режут кур, травят котов и собак, каждая из противоборствующих сторон, наверняка, уверена в истинности собственных убеждений и в ложности убеждений противника. У каждого своя справедливость, Нестор Иванович. Вот только одни могут подчинить мир требованиям своей справедливости, а другие превращаются в змеев и плюют ядом. А в перерывах пытаются чему-то учить детей за жалкие гроши. Чему ты можешь научить детей, Нестор Иванович? Сказкам о Драконах и вселенской справедливости? Иди-ка ты к нам, и будешь учить детей, как стать богатыми и счастливыми.

– В вашей организации превратное понимание счастья, – возразил Нестор.

– В нашей организации?! – и мистер Герман снова захохотал. – Весь мир, вся ваша задрипанная Взвесь, – вот наша организация. Нет у нее границ, и каждый житель – в ней. И она – в каждом жителе. Ты же покупал, Нестор Иванович? Или продавал? Держал в руках зеленые бумажки, такие солидные, такие приятные на ощупь? Мне не нужно тебя призывать, уговаривать, манить. Ты уже с нами, Нестор Иванович. Наши верные слуги, наши закадычные друзья уже давно – с рождения – завербовали тебя, Нестор Иванович, сделали частью системы. У тебя только два пути – либо повышать собственную степень соответствия системе, либо надуть губы и обоср. ться.

– Я надую губы, – ровно сказал Нестор.

– Что? – Герман еще не понял, что сейчас произойдет, но в его сознание уже постучалось тревожное предчувствие.

– Вселенная посовещалась, – прошипел змей. – И приняла решение.

Почему-то Нестор знал, что поступает правильно. То ли вновь мелькнула в синем высоком небе черно-белая тень, то ли опять зелеными рубинами вспыхнули искры Справедливости в глазах амарантового Нага. Но сомнений больше не было. Была усталость, было желание откупорить холодную бутылку пива и налить его в запотевшую кружку с полуметровой высоты – так, чтобы пена через край. А может, и плеснуть себе на два пальца янтарной жидкости в толстобокую коньячку. Было желание посидеть в «Варяке» или постоять на веранде маленького дома номер восемь на улице Кисельной. Обнять жену, погладить Ка-Цэ (если не сожрали псы эту трехцветную дуру), поговорить с Наставником, почитать или придумать и рассказать сыну сказку перед сном. Нестору надоела эта бетонная многоэтажка, стремившаяся некогда, как Вавилонская башня, дотянуться до небес, но бессильно замершая на высоте пятого этажа. Что обрубило ее высокое стремление? Отсутствие воли? Или просто закончились эти надежные зеленые бумажки, на которые так уповал бессмертный мистер Герман? Нестор устал созерцать лужи крови и перекошенный в злобе, презрении и боли рот мистера Германа. Нестору надоело спорить ни о чем. Пора было заканчивать.

– Вселенная посовещалась… – повторил Нестор.

– С кем? – перебил Герман. – Не с тобой ли, Нестор Иванович?

– Может, и со мной, – согласился Нестор. – Может, с Драконами. Или с одним Драконом – вполне достаточно. Может, с мирами Трилоки. Не знаю. Вселенной лучше знать, с кем совещаться. Вселенная посовещалась и приняла решение: дальнейшее Ваше пребывание в данной сингулярности не является целесообразным.

Нестор кончиком хвоста аккуратно извлек мятую салфетку с надписью «PIN-DOS» из кобуры Наг-анна и в три-четыре коротких мощных движения запихнул ее в белозубый окровавленный рот мистера Германа.

– Ваш персональный идентификационный номер стерт с дисковой операционной системы нашей Взвеси. В нашей игре, мистер Герман, двойка бьет туза, – жестко заключил Нестор и резко прижал нижнюю челюсть Германа к верхней.

Зубы щелкнули, глаза Германа округлились от ужаса и он исчез. Выпал из данной сингулярности, окончательно и бесповоротно. Кольца амарантового Нага свились, утратив опору. И в тот же момент Нестор перевоплотился. Его человеческое тело била дрожь – от усталости, от нервного напряжения, от груза ответственности за принятое решение. Так – голый, дрожащий – Нестор осторожно побрел к лестнице. Камушки и кусочки застывшего бетона больно впивались в ступни. Сквозняк из пустых проемов окон и дверей пронизывал и заставлял ёжиться. Но дело было сделано. Было еще достаточно рано, но сегодняшний день, среда, закончился утром.

61