Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир»

Элизабет Бьюмиллер, автор биографии Кондолизы Райс, описывает со слов своей героини шок, с которым она узнала об итогах торжества палестинской демократии: «Райс, восхвалявшая выборы как зарождение молодой демократии на Ближнем Востоке, была настолько ослеплена победой, что, упражняясь на тренажерах на следующее утро после выборов, не поверила своим глазам, прочитав на телеэкране строки: “После победы ХАМАСа кабинет министров Палестинской администрации уходит в отставку”. “Я подумала: тут что-то напутано”, — вспоминает Райс. Но на экране снова и снова появлялась эта новость. Райс сошла с тренажера и позвонила в Госдепартамент. “Что случилось на палестинских выборах?” — спросила я, — вспоминает Райс. — А они сказали: “Да там ХАМАС победил”. И я подумала: “ХАМАС? О Боже!”»[288]

То, что так, скорее всего и случится, предсказывали многие, в том числе и автор этих строк, в своей статье, опубликованной Институтом Ближнего Востока еще до реализации программы «размежевания», в 2004 году[289]. Впрочем, предсказать это было нетрудно, об этом говорили многие специалисты, вследствие чего шок, испытанный Кондолизой Райс после объявления результатов палестинских выборов, можно списать лишь на вопиющий непрофессионализм ближневосточников Іосдепартамента и Совета национальной безопасности США. По данным опроса, проведенного Центром социологических исследований при находящемся в Шхеме университете А-Наджах, опубликованным в печати еще в мае 2004 года, ХАМАС обогнал ФАТХ по популярности даже среди жителей Западного берега, не говоря уже о Газе. 26,5 % из 1371 опрошенных заявили о поддержке деятельности ХАМАСа и лишь 22 % — что продолжают оставаться сторонниками ФАТХа. 7 % заявили о своих симпатиях к «Исламскому джихаду»; аналогичное число участников опроса заявили о поддержке других исламистских движений и группировок. В поддержку светских националистических движений (НФОП, ДФОП и других) высказались 8 % опрошенных[290]. Более того: по данным этого опроса, всего 18 % опрошенных полагали, что Палестинская администрация способна установить контроль над сектором Газа в случае вывода оттуда израильских войск. По мнению же 39 % опрошенных, власть в секторе Палестинской администрации придется как минимум разделить с исламистскими организациями — ХАМАСом и «Исламским джихадом».

Вообще говоря, это было не так трудно предвидеть. «Эвакуация опасна, отступление породит ощущение победы у палестинцев и приведет к усилению террора», — отмечал глава Общей службы безопасности (ШАБАКа) Ави Дихтер[291]. «Односторонне отступление с территорий — капитуляция перед террором. Отступление придаст свежие силы террористам и увеличит их аппетит», — говорил начальник Генерального штаба ЦАХАЛа Моше (Буги) Яалон[292]. «Разговоры об отступлении поощряют террор. Нет сомнения в том, что разговоры об уходе оказывают влияние. Мы видели это в Ливане [перед уходом ЦАХАЛа в мае 2000 года]. Когда мы начинаем говорить об уходе — это как дуновение свежего ветра в паруса враждебных нам организаций…» — выразил свое мнение командующий Южным военным округом генерал-майор Дан Харэль[293]. «Одностороннее отступление из Газы будет воспринято палестинцами как капитуляция перед террором и может добавить мотивации для продолжения террористических актов», — предупреждал глава военной разведки (АМАНа) Аарон Зеэви-Фаркаш, выступая перед членами Комиссии по иностранным делам и обороне Кнессета 10 февраля 2004 года.

Реализация программы «одностороннего размежевания», которая была поддержана американскими руководителями, вместе с навязанными американцами выборами в Палестинский законодательный совет, привели к существенному ухудшению положения в сфере безопасности в регионе в целом, выведя на передний план силы, совершенно не готовые ни к какой форме мирного урегулирования. Все это отбросило ситуацию на годы назад, причем выхода из этой ситуации найти так и не удалось до сих пор. С тех пор прошло более восьми лет, но больше выборов на Западном берегу и в секторе Газа не было. ХАМАС остается фактором, играющим центральную роль в палестинской политике и общественной жизни, при этом его лидеры так и не признали Израиль ни в каком качестве: ни как еврейское, ни как просто государство, имеющее право на существование.