Блокадные будни одного района Ленинграда

Еще до войны решением городского исполкома в районах были созданы административные комиссии (председатель, секретарь, начальники райотделов милиции и 5–6 человек от избирательных округов). Они рассматривали эти акты (рапорта) о нарушениях, содеянных гражданами, и выносили приговор. Приговор вступал в силу, и граждане – кто платил денежный штраф (от 50 руб. и выше), кто отправлялся под стражу.

Решение административных комиссий можно было опротестовать в прокуратуре. Протест районного прокурора рассматривался на заседаниях райисполкомов. Судя по материалам заседаний Ленинского райисполкома июля-августа 1941 г., нарушения граждан были в основном трех категорий: нарушение светомаскировки, отказ (уклонение) от трудовой повинности и нарушение «правил поведения» после объявления сигнала «воздушная тревога» (скажем, минут на десять позднее человек спустился в бомбоубежище).

А он, на самом деле, перед тем, как покинуть квартиру, тушил кухонную плиту.

Решения Ленинского райисполкома на проекты прокурора были разные: «оставить в силе», «решение Адмкомиссии за его мягкостью отменить» и вернуть «решение» административной комиссии для нового его рассмотрения[357].

Вышеприведенный пример «со светящимся окном» мог оказаться куда более драматичным. 14 сентября 1941 г. начальник Управления милиции города Ленинграда Е.С. Грушко своим приказом № 102 категорически запретил работниками милиции и военным патрулям применять оружие по демаскирующим окнам квартир [358].

Ранее пленум Верховного Суда СССР 26 июня 1941 г. признал злостным нарушением правил светомаскировки в местностях, объявленных на военном положении, такое, когда гражданин умышленно и сознательно игнорировал требования светомаскировки или делал это из хулиганских побуждений.

В списке из десяти домов Ленинского района, поврежденных частично или полностью после артобстрелов и бомбардировок в период с 1 января по 1 мая 1942 г., указывался дом № 42 по проспекту Газа[359] (где в свое время жил И.И. Газа).

Из стенографического отчета собрания актива МПВО Кировского района от 17 октября 1941 г.:

«Бывший комендант общежития Резвоостровской ф-ки[360] Михайлов – за систематические нарушения светомаскировки и игнорирование приказа начальника МПВО привлечен к ответственности и лишен свободы на 2 месяца.

Гражданин дома № 19/21 пришел домой, зажег свет и лег спать, оставив свет. Привлечен к ответственности».

Всего по Кировскому району (в период до середины октября 1941 г.) ответственными «за нарушение правил поведения МПВО и светомаскировки» стали 1250 человек. «Большинство из них сделало нарушения из-за беспечности и благодушия. Часть этих людей сознательно предает наши интересы», – делался вывод на собрании актива МПВО[361].

Интересно, в «большинство» или в «часть» попал летом 1941 г. один из жителей проспекта Газа, инвалид 3-й группы, имевший на своем иждивении жену – инвалида 2-й группы и двух детей в возрасте пяти и семи лет, которому административная комиссия за нарушение правил светомаскировки впаяла шесть месяцев тюрьмы?

Члены этой комиссии, верно, со стороны видели себя одетыми в кожанки членов «троек» революционного трибунала времен Гражданской и 1937 г. А ведь свои же, депутаты…

Ленинский райисполком 13 августа 1941 г. рассмотрел протест районного прокурора по этому делу. И вынес решение: заменить наказание в шесть месяцев «отбытым сроком лишения свободы»[362].

Случаи нарушений правил светомаскировки (как и факты привлечения за это к ответственности) имели место и в последующие годы. Причем, нарушения вменялись как жильцам, так и управляющим хозяйствами (оставляли включенным свет на лестничных площадках)[363].

«Учитывая, что свет в квартире был зажжен лишь на несколько минут, на время затемнения окна, и что окно выходит на стену», решение административной комиссии о наложении штрафа в 200 руб. Ленинский райисполком 27 февраля 1943 г. отменил[364].

«Учитывая, что гр. НИЩЕНСКАЯ Е.А. является женой военнослужащего, зарабатывает всего лишь в месяц 250 рублей и что наложенный Административной комиссией на нее штраф в размере 200 рублей чрезмерно велик», решение Административной комиссии «изменить, снизив штраф до 50 рублей»[365].

Согласно «Положению» от 24 апреля 1941 г.[366], адмкомиссии, утверждавшиеся сроком на два года, должны были состоять из председателя (члена райисполкома), его заместителя (из числа начальников райотделов милиции), секретаря и членов комиссии (6 человек из числа районных депутатов). И при рассмотрении дел работать, во-первых, во внерабочее время, во-вторых, не обязательно в полном составе, а только – председатель, секретарь и один член комиссии.