Да никак. Пока первый снаряд недалеко не упадет или в бою пока не поучаствуешь, никак. Ко всему привыкаешь, но пока на себе не прочувствуешь все — никак не подготовишься.
«Герої 128 підрозділ ЗСУ.
Много вопросов про потери и про иранских „птичек“.
Еще раз говорю. Наступление — не оборона. Потери есть и они будут. Плохо то, что вперед начали кидать маломотивированных хлопцев. А у них, как правило, два исхода: либо 200 либо ручки вверх и вперед в плен. Таких случаев не сказать что до фига, но они есть. И командованию советую над этим задуматься!!! Иначе не успеем пройти до приезда могилизованных орков. Пусть и тоже без высокой мотивации, но свежих, с новыми силами!!! Так что АХТУНГ!!!
А те „Герани“ подлые птицы. Сбивать их получается, но их до х… Такое ощущение, что штампуют прям в поле. Летят по каким-то стационарным объектам на земле. Важным, но не критически. По технике и пехоте не слышал чтоб прилетало. Но крыть эти герани все равно надо!!! И чем быстрее наши ДРГ разнесут место сборки, тем лучше!!!
«Герої 128 підрозділ ЗСУ.
Месяца полтора назад на меня наезжали, что я открыто озвучиваю наши проблемы, а орки активно этим пользуются. Я постарался прислушаться. Молчал. Хотя сказать много было чего. НО!!! Это молчание приводит к тому, что пидарасы-командиры начинают расслабляться и творить зло!!! ДОСТАЛО! Буду говорить все как есть!!! Я считаю, что нам нужно сначала разбираться со своими крысами, предателями, ворами и просто кончеными петухами, а потом уже лезть разбираться с чужими. Иначе сами себя уничтожим!!!
— Обрати внимание, после последнего поста у нашего титана добавилось пять косых подписчиков. Это популярность.
— Та мне-то шо? Я постов никаких не читаю, — буркнул Соломаха.
Офицер смотрел на него испытующе и с недоверием.
— Ты здоровый, сильный, лицо у тебя… хорошее. Ты тащил неизвестного тебе хлопчика полдня, даже фамилии не спросив…
— Я буду у человека с оторванной ногой спрашивать фамилию? Турникет наложил и айда! Турникет наложил десять часов назад. Да он уж, наверное, мёртв.
Соломаха смотрел снизу вверх на офицера. Вот уж у кого действительно хорошее лицо. Правильное. Жёсткое. Усталое очень лицо. Да и кто нынче отдыхает-то? Мужик хотел что-то сказать, но его окликнули:
— Воїн! Іди сюди! Папери треба підписати![35]
— У меня двое выбыли. Двое из пяти, — проговорил офицер. — А ты, я смотрю, пехота. Царица полей.
— Царицы у русских. А я…
— С Ивано-Франковска?..
— С Херсона…
— Ааа… ты подходишь мне. Твоя фамилия?..
— Соломаха Назар. Позывной Солома…
— Я — Сергей Петрович Токарев, позывной Воин. Ну что, отдохнул, Солома? Тащи его во в ту палатку…
— Там морг?..
Раненый лежал на спине, задрав в весеннее небо поросший грязный волоснёй подбородок. Лицо его посерело. Как там его ноги, смотреть не хотелось. Соломаха вздыхал, наблюдая, как Воин подносит к губам распростёртого человека дисплей заснувшего смартфона.
— Странное ранение, — проговорил Воин. — Странно, что он жив. Сначала получил пулю под лопатку. На груди выходное отверстие. А потом уже случилась эта история с ногой… Рядом с ним граната упала… Или это шрапнель?..
— Всё просто, — пояснил Соломаха. — Про заградотряды слышал? Этот парнишка оказался трусоват. Я не осуждаю. Мы трое суток… Трое!!! Просидели по норам под огнём. Срали под себя. Кто-то запаниковал. Кто-то побежал. Этот — на минное поле. Паника страшное дело. Так пулю получил и ногу потерял.
— Заградотряды? Заградотряды… заградотряды… — казалось, Воин смакует понравившееся ему слово. — Кто ж это такие? Кто у них командир?
— У нас только слухи. Никакой конкретики. Говорят, это иностранцы. Похоже на правду. Ты бы стал стрелять по своим? Я — нет. Потому иностранцы.
— Он жив. Дышит.
Воин показал Соломахе запотевший экран смартфона. Соломаха дрогнул. Он уже целые сутки не выходил на связь со Снежаной. Надо…
Соломаха выхватил из кармана смартфон. Сеть работала удовлетворительно. От жены было два сообщения в WhatsApp.
Первое. «Всё хорошо. Только страшно».
Второе. «Пиши мне в Телеграм. Через ватсап страшно. Мне кажется его кто-то читает».
И ещё.
«Ты не волнуйся. Я читаю твой блог. Подписалась. Так всё узнаю о тебе, мой герой, мой титан. А о моей маленькой жизни и знать-то нечего. Кое-как устроилась недалеко от Вены. Живу в хостеле, третья в комнате. Работы пока нет».
Соломаха открыл Телеграм. Заскорузлые пальцы плохо слушались. Рука дрожала. Нечаянно он открыл чей-то чужой паблик. Он не хотел, но как-то так нечаянно получилось. Он прочёл первое, что попалось на глаза:
«Cshumer.