Бог с нами, братья!

Что-то цокнуло. Звук похожий на медленное биение ложки о края эмалированной кружки. Прекратился. Видно что-то болталось, закрепили. Скосил глаза вправо. В двух шагах от меня скорчился радист – младший сержант Кореш (позывной). Он сидел вполоборота, развернувшись в сторону тропы с широко открытыми глазами и ртом. Слушал. Поймал себя на том, что тоже слушаю с открытым ртом. Интересно. Казалось, всё моё костлявое, почти неделю не мытое, в трёх местах загорелое тело превратилось в эхо-локатор.

И тут на тебе! Первый луч, как остро отточенный десантный нож, вошел в белое сало утреннего тумана. Чёрт! Кто так пишет? Захотелось… с чесночком… и чёрным хлебушком.

Туман есть, а росы нет. Странное дело. Всё здесь по-другому…не по-нашему.

«Добро пожаловать» в террариум

По спине хлопает небольшой камешек. От неожиданности снимаю «калаш» с предохранителя. Испугал, собака. Оборачиваюсь. Тяжело дыша, приближается чёрная рожа Боцмана. Дышит в ухо и поворачивает мою голову чуть левее. Вижу. Метров 800… Не по тропе, а слева от неё. Мин боятся? Так мы и на обочине ставим… Чёрные силуэты выходят на прямую видимость. Один за другим, почти без звука. Идут плотно. Первый ишак чуть впереди, с ним, немного возвышаясь над головой ушастого, мальчишка подросток. Последними идут верблюды. Колонна, мерно покачиваясь, вползает в ущелье. Охрана идёт группами по три – четыре человека. Идут уверенно, видно надеются на информацию своей разведки. Сверху очень похоже на длинную змею, ползущую задом наперёд. В самом ущелье караван вынужден выйти на основную тропу. Проход узкий. Видно, что ишаки очень устали. Головы и уши вниз. Навьючили по максимуму. Где-то здесь вам обещали привал и жирный плов, значит, позиции мы выбрали правильные. Ну, здравствуйте, гости дорогие!

У самой тропы, в начале наших огневых позиций, Боцман воткнул срубленный зелёный куст, а на большой валун положил приметный белый камень. Это наши ориентиры. Чуть дальше, метров в пяти, на тропе сапёры прикопали пару ПМНок (противопехотная мина нажимного действия). Это «конечная остановка».

Авангард каравана поравнялся с нами. Смотрю на радиста. Тот медленно закрыл рот и глаза. А глаза зачем? На «папу» надеешься? Дурко. Рассматриваю в бинокль моджахедов, идущих впереди каравана. Самый первый идёт пацанёнок лет 10-12 на вид, тянет на накрученной вокруг руки верёвке часто переступающего копытцами ишака. «Не понятно кто к кому привязан?» – подумал я. Мальчишка шаркает по щебню тропы стоптанными, размера на три – четыре больше, кроссовками без шнурков. Это чтобы не убежал, что ли? Одет в старый засаленный халат, подпоясанный такой же верёвкой, на какой ведёт ишачка. На голове чалма не чалма… накрученная грязная тряпка. В свободной руке кусок сухой лепёшки. Ест. Иногда перепадает и ушастому приятелю. Ишак тянет за лепёшкой морду, от возбуждения раздувая ноздри и прижимая к шее длинные уши. Так и идут себе…

Они идут, оторвавшись от основной группы вперёд, метров на двадцать пять. Обращаю внимание, что в сумках на спине ишака большие полупрозрачные пластиковые канистры, в которых болтается, раскачивая ишака, мутная вода. Видимо водовоз, оружия нет. В голове основного каравана двое душманов с «калашами» на сгибе локтя. Похоже командиры. Внимательно смотрят по сторонам, у одного из них бинокль. Осматриваются, придерживая ишаков основной колонны, соблюдая дистанцию с «водовозом». Наверняка осторожничают в связи с потерей связи со своей разведкой.

– Сапёр…, – горячо выдохнул мне в ухо Боцман, капая мне за воротник потом.

Согласно киваю. Душманы туповатые и неусидчивые к обучению, поэтому профессионально работающих сапёров у них было мало. Хотя миноискателей различного профиля производства США, Италии и Китая было много. Учились этому делу плохо или совсем не учились и действовали по-своему. Как сто лет назад. Гнали впереди караванов на миноопасных участках отару овец или связывали группой наших истерзанных пленных бойцов… А когда не было ни того, ни другого, ставили впереди каравана вот такого, ничего не подозревающего, камикадзе с лепёшкой в руке. Наши парни-сапёры ставили мины, выставляя нагрузку 23-25 кг. Хватало. «Несработок» практически не было.

Цок – цок… Ползёт караван. Цок – цок… Из вьючных мешков, как иголки у ёжиков, торчат трубы РПГ. Цок – цок… Интересно, а чьего производства? Наши или Китай? Цок – цок… Лучше бы Китай, не так обидно. Ещё метров десять и вся эта верблюжье-ишачья кавалькада практически идеально зайдёт в наш «мешок для подарков».

Надо было сразу