Богини славянского мира

Таким образом, отечественные письменные источники упоминают Мокошь как единственное персонифицированное женское божество древнерусского язычества. Хоть упоминается она в них неоднократно, но данных о характере этой богини чрезвычайно мало и во всех древнерусских поучениях содержится лишь один фрагмент, хоть как-то индивидуализирующий ее: «Богыню сию же двоу творять и мокошь чтоуть и кылоу и малакыя иже есть роучьный блоудъ»⁴⁵³. В одном из списков ХIV в. это место читается так: «бгиню сиюже дѣву вмѣняют i мокашь чтут i малакию велми почитают»⁴⁵⁴. Из этого отрывка, как кажется, вытекает связь Мокоши с блудом, что явно соотносится с общеантичными представлениями о Венере, богине и планете, как покровительнице любви. Подтверждают эту связь и данные языка – в говорах Подмосковья словом мокосья, образованным от имени рассматриваемой богини, обозначали женщину легкого поведения: «Таких у нас нимногъ былъ и звали их или мокосьями или пътаскухъми»⁴⁵⁵. Кроме того, в Чехии известно в качестве ругательства диалектное слово mokes⁴⁵⁶. У южных славян в посвященный Пятнице праздник производилась случка домашнего скота, а сербы верили, что от случки в этот день родится женское потомство⁴⁵⁷.

Следует отметить, что Мокошь имела общеславянский характер и, помимо восточных славян, была известна словенцам, у которых сохранилась сказка о колдунье Mokoska, и западным славянам, у которых зафиксированы топонимы типа «Мокошин верх» (чеш. Mokosin vrch), а также западно-лехитск. Mokositji Mococize⁴⁵⁸. Западнославянские данные говорят о связи этого божества с водой: «Чехи почитали Мокошь божеством дождя и сырости и к нему прибегали с молитвами и жертвоприношениями во время большой засухи»⁴⁵⁹. Интересное наблюдение сделал иностранный ученый Э. Айхлер, отметивший, что два соседних урочища у западных славян носили названия Prohn и Muuks, в которых палеолингвист увидел искаженные имена Перуна и Мокоши⁴⁶⁰. В этой связи интересно для нас известие англо-норманнского хрониста Ордерика Виталия, который под 1068 г. записал: «Лютичи не знали истинного Бога, но, опутанные сетями невежества, поклонялись Гводену, Туру и Фрее и другим ложным богам или скорее бесам»⁴⁶¹. Автор выделил трех главных богов западных славян, обозначив их именами более привычных ему скандинавских богов. Гводен – это Один, верховный бог языческого пантеона викингов. Ему явно соответствует славянский «бог богов» Святовит. Тур – это громовержец Тор. Хоть мы и не можем с абсолютной точностью определить его западнославянский аналог, но у восточных славян им явно был громовержец Перун, известный также и полабским славянам. Фрея была богиней любви, которой посвящалась пятница, и это однозначно указывает на почитаемую как восточными, так и западными славянами Мокошь-Венеру, связь которой с пятницей будет показана ниже. Связь двух последних божеств прослеживается у западных славян довольно отчетливо: если пятница соотносилась с Мокошью, то четверг назывался полабскими славянами днем Перуна. С именем этой богини Г. Ильинский связывал русский топоним Мокошево в Череповецком уезде, селение Mokos в Польше и гору Mokosin в Чехии. А.Н. Афанасьев упоминал Мокошинский монастырь в Черниговской губ.⁴⁶². Современные исследователи также отмечают достаточно широкое распространение связанных с этим божеством названий, отмечая их региональную приуроченность: «Уже сам факт распространения «мокошеобразных» имен преимущественно (точнее – в громадном большинстве случаев) на Севере России, а в пределах всего Севера – на Северо-Западе, т. е. там, где культ Мокоши держался наиболее полно, стойко и долго, а следы его практически сохраняются и в ХХ в., дает веские основания думать, что в основе многих современных топонимов типа Макуш-, Мокш- и под. лежал тот же элемент, что и в имени Мокоши. (…) Не останавливаясь здесь на отражениях имени Мокоши в топономастической сфере у южных славян… уместно отметить достаточную густоту соответствующих примеров у всех западных славян»⁴⁶³. Что касается южных славян, то Н. Чаусидис в своем докладе «Проблема славянскогого патриархального культа и культовые места в Македонии» на Международном симпозиуме по славянскому язычеству в 1986 г. показал, что «богиня Мокош была особо почитаемой в рассматриваемом регионе и в христианское время ее место заняла в народном представлении богородица»⁴⁶⁴.