Читаем Большая игра. Британия и США против России полностью

Мы немного забежали вперед, Крымской войне отведена отдельная глава ниже, а сейчас возвращаемся на Кавказ.

После отъезда Паскевича командиром отдельного Кавказского корпуса назначили генерал-адъютанта, барона Розена. Он еще толком не успел устроиться в Тифлисе (Тбилиси), как уже получил тревожные сведения о готовящемся набеге горцев на Кахетию. На первых порах он решил придерживаться мирной тактики и пытался завоевать доверие кавказцев, демонстрируя гуманизм. По его мнению, организация взаимовыгодной торговли с местными народами – это более верное средство, чем оружие. Как и следовало ожидать, фанатичные мюриды восприняли такое поведение как слабость.

Кази-мулла в это время вел пропаганду мюридизма в Чечне, причем не ограничивался проповедями, а буквально сжигал те аулы, которые отказывались к нему примкнуть. Ясно, что методы Розена были неадекватны ситуации, но, к счастью, на Кавказе служил решительный генерал Алексей Александрович Вельяминов, который открыл глаза командиру на реальное положение вещей. Вельяминов был словно реинкарнацией Ермолова. Он регулярно предпринимал рейды в Дагестан и Чечню, жестоко расправляясь с мятежниками. Например, когда забунтовало селение Казах-Кичу, примерно в сорока километрах от Грозной, Вельяминов отправил на усмирение сильный отряд с артиллерией и уничтожил там крупные запасы хлеба.

Затем он сжег деревню Алборю, а когда против России выступили селения вниз по левому берегу Сунжи до Малых Самашек, то точно такая же судьба постигла и их. Потери русских от огня противника были незначительны: один убитый и шесть ранено. Гораздо больше проблем доставлял холод. Обмороженных оказалось более 200 человек[22]

.

В 1831 году на сторону Кази-Муллы перешли галгаевцы (чеченское общество) и взялись совершать набеги на военно-грузинскую дорогу. Кроме того, они убили русского пристава и двух священников. Чтобы пресечь эту «деятельность» и наказать виновных в убийстве, Розен собрал значительные силы, в числе которых, между прочим, был и крупный отряд осетин. Летом 1832 года, взяв шестидневный запас продовольствия, русский отряд отправился в поход.

Галгаевцы, узнав о движении русских, ушли в горы и поджидали наш отряд на скалах. Сначала пришлось преодолеть Джераховские высоты. На первых порах местные жители встречали солдат хлебом-солью, но потом все чаще стали попадаться аулы, население которых бежало.

Первое крупное столкновение с галгаевцами произошло в июле. Неприятель атаковал осетин, однако Эриванский батальон пришел им на выручку, и противник поспешно скрылся. Наутро следующего дня русские приблизились к скале, где укрепились главные силы кавказцев. Наши развернули горные орудия и начали артиллерийскую подготовку.

Огонь привел галгаевцев в замешательство, и русские солдаты начали подниматься на скалы, однако начался туман, пошел дождь, и движение резко осложнилось. К тому же противник не только отстреливался из ружей, но и кидал сверху камни. Тем не менее русские преодолели препятствие, и галгаевцы бросили свои позиции. Теперь предстоял трудный спуск к урочищу Гай. На пути к урочищу у противника была укрепленная башня, не уязвимая для пушек. Когда русские приблизились, из башни послышались оружейные выстрелы, один солдат погиб, еще двух ранило. Тогда русские обошли башню с тыла и начали кирками делать подкоп, чтобы заложить взрывчатку.

Защитники башни предпочли сдаться, и неожиданно выяснилось, что их было всего двое, но они сумели задержать наш отряд на несколько дней. Отдадим должное противнику: он был смел и опытен в боевом искусстве. В итоге пленным сохранили жизнь, а башню взорвали. На этом экспедиция в горы закончилась, на Военно-Грузинской дороге воцарилось спокойствие, а осетины и грузины, участвовавшие в деле, захватили множество баранов.

В августе 1832 года Розен и Вельяминов предприняли атаку на Чечню. Поход отличался большим размахом, а идея была в том, чтобы уничтожить селения и запасы чеченцев. Розен и Вельяминов собрали наличные силы у деревни Яхчи-Борза, а генерала, князя Бека-Черкасского отправили на Ачхой. Жители Ачхоя бежали, князь уничтожил и само поселение, и урожай на полях чеченцев. Корпус барона Розена тем временем разорил аулы вдоль Аргуна, пересек Сунжу и достиг Шали. Горцы заняли позиции в Герменчуке, обустроив окопы и ров так, чтобы прикрыть наиболее удобные подходы. Горцы притаились и в близлежащих садах, поджидая русских. Именно там и произошел наиболее жаркий бой.

Русские победили, уничтожив главу чеченского ополчения Абдурахмана, который с мюридами, присланными Кази-муллой, заперся в одном из домов. Он отстреливался до тех пор, пока дом не подожгли. А тем временем имам приготовил засаду, намереваясь ударить в тыл русским. Его планы были сорваны быстрым падением Герменчука, и он предпочел уйти. Через несколько дней пал Шали и еще два близлежащих аула. Затем настала очередь селения Автури, где чеченцы вновь оказали сопротивление, но были побеждены. Следом русские части взяли Саид-юрт.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Курский излом
Курский излом

Курская битва стала поворотным моментом Великой Отечественной войны. Победа Красной Армии закрепила стратегическую инициативу в руках советского командования и окончательно подорвала военный потенциал фашистской Германии, которая уже не смогла восстановить былую мощь: после поражения на Курской дуге Вермахт больше не провел ни одной стратегической наступательной операции.Основываясь на неизвестных трофейных документах и прежде не публиковавшихся материалах Центрального архива Министерства обороны России, В.Н.Замулин детально восстанавливает ход боевых действий на южном фасе Курской дуги с 4 по 9 июля 1943 года. Эта книга — подробнейшая, по дням и часам, хроника первого, самого трудного этапа сражения, когда советским войскам ценой колоссального напряжения сил и больших потерь удалось сорвать планы вражеского командования, остановить продвижение немецких дивизий, чтобы затем перейти в контрнаступление и погнать врага на запад.

Валерий Николаевич Замулин

Военная история / История / Образование и наука
Чужие войны
Чужие войны

Сборник статей посвящен описанию хода боевых действий и основных итогов наиболее значимых локальных вооруженных конфликтов за рубежом в период после 1991 г.В книгу вошло 11 статей, содержащих описание борьбы с тамильским восстанием на Шри-Ланке в 1980–2009 гг.; войны между Северным и Южным Йеменами в 1994 г.; вооруженного конфликта между Перу и Эквадором в 1995 г.; длительной гражданской войны с участием соседних государств в Демократической Республике Конго; вооруженного конфликта между Эфиопией и Эритреей в 1998–1999 гг.; столкновения между Индией и Пакистаном в Каргиле в 1999 г.; военной кампании НАТО против Югославии в 1999 г.; операции США и НАТО в Афганистане, начиная с 2001 г.; военного вторжения США в Ирак в 2003 г.; военной кампании Израиля в Ливане в 2006 г.; гражданской войны и военного вмешательства США и НАТО в Ливии в 2011 г.

Иван Павлович Коновалов , Владимир Владимирович Куделев , Руслан Николаевич Пухов , Михаил Сергеевич Барабанов , Вячеслав Александрович Целуйко , Пухов Николаевич Руслан , Куделев Владимирович Владимир , Михаил Барабанов , Вячеслав Целуйко

Военная история / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Семь столпов мудрости
Семь столпов мудрости

Лоуренс Аравийский — легендарная фигура времен Первой мировой войны. Британский разведчик и талантливый ученый-востоковед, он возглавил арабское восстание в походе против турок, что привело к образованию независимых арабских государств.Книга Лоуренса столь же противоречива и поразительна, как и личность автора, культовой для Европы 20–30-х — его военная карьера привнесла в историю механизированной войны полузабытые нотки романтики и авантюры. Написанная ярким афористичным языком, автобиография в новом обаятельном переводе FleetinG читается как приключенческий роман. Этнографические зарисовки феодальной Аравии лихо переплетены с описаниями диверсий, а рассуждения в ницшеанском духе о жертвенном сверхчеловеке пронизаны беспощадной, но лиричной самокритикой:«...Годами мы жили друг с другом как придется, в голой пустыне, под равнодушными небесами. Днем горячее солнце опьяняло нас, и голову нам кружили порывы ветра. Ночью мы промокали от росы и были ввергнуты в позор ничтожества безмолвиями неисчислимых звезд...»

Томас Эдвард Лоуренс , Томас Эдвард Лоуренс Аравийский , Лоуренс Аравийский , Томас эдвард Лоуренс

Биографии и Мемуары / Военная история / Документальное
О судьбе и доблести. Александр Македонский
О судьбе и доблести. Александр Македонский

Царь Александр III из древней династии Аргеадов, более известный как «Александр Великий» и «Александр Македонский», знаменит из-за своей успешной завоевательной деятельности, позволившей полководцу, не прожившему и 33 лет, подчинить земли, простиравшиеся от Черноморских проливов до Сырдарьи и Аравийского моря.За прошедшие тысячелетия, наполненные войнами, пожарами и радикальными изменениями в культуре, все ранние труды древних историков, повествующие об Александре, были утрачены. Тем не менее, значительная часть их материала была донесена до нас посредством сочинений, созданных спустя несколько столетий после смерти завоевателя.В данное издание вошли доступные ныне античные письменные памятники, в которых сведения из ранних источников переданы сравнительно точно. Это труды Арриана, Диодора, Плутарха, Страбона и Афинея. Обращаясь к материалам представленных сочинений, читатель имеет возможность составить собственное представление как о деятельности самого Александра, так и об особенностях восприятия его образа в более поздние времена.В формате PDF A4 сохранён издательский макет.

Плутарх , Диодор Сицилийский , Квинт Эппий Флавий Арриан , Страбон , Александр Македонский

Биографии и Мемуары / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука