Большая игра. Звезды мирового футбола

Действительно, Кройф понимал футбол как никто другой. Но почему-то считал, что в совершенстве разбирается и во всем остальном. Он подсказывал чикагскому таксисту самую короткую дорогу. Советовал знаменитому игроку в гольф Иену Вуснаму отработать удар. Перед операцией по шунтированию сердца обсуждал с хирургом методику лечения. Когда стал отцом, лично следил, правильно ли няни меняют детям пеленки.

 Он не только говорил неожиданные вещи, он говорил их по-своему. Самоучка, оставивший школу в двенадцать лет, сам замечал нехватку слов, чтобы выразить свои мысли

Недавно в СМИ Нидерландов появилось несколько статей, посвященных голландскому Кройфа. Например, он часто использует слово «ты» в значении «я» («Хуже всего, что ты всегда видел все лучше всех»); устаревшие словечки из жаргона амстердамских рабочих; обожает случайные сравнения («справа их игра похожа на козий сыр»). Сам футболист не обращает внимания на речевые ошибки: «Если бы я мог делать все остальное так же хорошо, как говорю».

Его испанский еще хуже. Он то и дело произносит «claro» (в смысле «конечно») с амстердамским акцентом, пожимая при этом плечами. А когда требуется, как говорится, потянуть время, повторяет изобретенную им фразу «en el este momento» (что означает «сейчас»).

Лучше всего Кройф владеет английским, который выучил в детстве, общаясь с тренерами «Аякса» Кейтом Спурдженом и Виком Бекингемом. Тем не менее до сих пор делает странную ошибку. «Почему я должен ушел обратно, когда сейчас все, что они делают с футболом в Голландии, совершенно неправильно?» — однажды спросил он репортера Washington Post. Но, несмотря на лингвистические огрехи, его формулировки всегда великолепны.

Подобно многим великим философам, Кройф — мастер парадокса. Чего только стоят следующие высказывания:

«Случайность логична».

«Итальянцы не могут тебя побить, но ты можешь им проиграть».

«Перед тем как сделать ошибку, я не делал этой ошибки».

И в 1997 году, в канун юбилея: «На самом деле я прожил не пятьдесят, а лет сто».

Увы, Кройф чувствует себя стариком. Печаль, проскальзывающая во всех интервью, и побудила автора опубликовать книгу. Дэвидс чествует разум, которого больше нет. «Жернова времени сделали свое дело», — сказал Кройф в 1996 году, незадолго до увольнения с поста тренера «Барселоны».

Он больше не генерирует оригинальные мысли. Гуляет с внуками в зоопарке и комментирует матчи на голландском телевидении. А так как никогда не понимал принцип действия телевидения, то часто продолжает говорить после того, как выключат микрофон.

Книга Дэвидса — одна из попыток Голландии наконец-то воздать Кройфу должное. Когда-то товарищи по «Аяксу» лишили его звания капитана команды, а болельщики, в свою очередь, награждали обидными прозвищами. Публика была в восторге, когда в 1979-м он потерял все деньги, ввязавшись в аферу с французско-российским мошенником по фамилии Базилевич. Но теперь десятки тысяч людей пришли в книжные магазины, чтобы, пусть и таким скромным образом, передать великому игроку свои «прости» и «до свидания».

Как сказал бы Кройф, «ты начинаешь видеть лишь тогда, когда уже поздно».

Брюс Гроббелар

Март 1999 года

«Чертов туман, да? — произносит Брюс Гроббелар, выскакивая из машины за мгновение до начала тренировки. — Не разглядишь и мячика на фарвее». Действительно, обсерватория «Тэйбл Маунтин» окутана мглой. Почти не видно и острова Робен, расположенного через пролив от тренировочного поля.

Бывший вратарь «Ливерпуля» ныне живет в Кейптауне, где занимается командой «Сэвен Старз». Тренировка проходит примерно так. Гроббелар, задумчиво нахмурившись, крутит мяч на пальце, а игроки выполняют разминку. Затем отбивает подальше — и футболисты пасуют друг другу.

С центра поля Брюс одновременно бросает два мяча для двух команд, по пять игроков в каждой. Когда снаряд попадает в ворота, произносит «гол». Когда летит мимо — «Бум!». В завершении тренировки выбирает пятерых, которым в качестве наказания за какие-то неизвестные грехи придется бежать спринт и отжиматься.

«Вся команда должна бегать!» — возмущается кое-кто, но бывший капрал родезийской армии игнорирует протесты. «Ему еще нужно многому научиться, чтобы стать тренером», — говорит один из футболистов.

После тренировки мы с Гроббеларом едем в Кейптаун, который, по его мнению, наряду с Ванкувером, Пертом, Лондоном и Парижем является одним из шести лучших городов мира. «В шестом я еще не был», — добавляет он и демонстрирует фирменную усмешку, поднимая фирменные усы а-ля Зорро. Ему сорок один. «Пивной живот» едва намечается. И он — «тот самый Брюс Гроббелар», к которому то и дело подходят за автографом местные болельщики «Ливерпуля».