Читаем Божества-защитники Тибета полностью

В Риво Ганденпа (Ri bo dga' ldan pa – школа гелуг) есть истории о том, что со времён всеведущего Панчена Гьялвы Гендуна Друба и до нынешнего Далай-ламы Гонпо был главным защитником. Это ясно следует из биографии каждого Далай-ламы. В частности, в автобиографии Пятого Далай-ламы («Rang rnam du ku la'i gos bzang») говорится: «Хотя существуют ошибочные мнения о том, что этот Четырёхликий Гонпо приносит знамения несчастья, есть множество тому опровержений, и я, благодаря моей с ним близости, точно убеждён, что это – истинный защитник Дхармы. Существовала книга, на двадцати страницах которой содержалось полное собрание текстов для визуализации, умилостивления и восхваления этого защитника в соответствии с традицией це. Помимо этого, однако, ещё около десяти страниц возвеличивающих текстов и тому подобного недоставало в данном сборнике, и я втайне заучил их наизусть.

Несмотря на то что для этого требовалось немало времени, я смог выучить всё за двадцать дней. Об этом узнал Тулку из Верхней Палаты (Тулку Драгпа Гьялцен), который донёс об этом Чонгье Жалпон Джинпалу ('Phyong rgyas zhal dpon sbyin dpal): „Он (Пятый Далай-лама) заучил наизусть тексты для умилостивления Четырёхликого Гонпо“. Ответ на эту жалобу стал известен дисциплинарному смотрителю (здесь, возможно, речь идёт об управляющем – Дэпа Сонам Рабтене): „Этот демонический дух зловреден“, – из чего было очевидно, что Его Святейшеству Далай-ламе не стоило поступать подобным образом. Но так как Его Святейшество уже всё равно выучил текст наизусть, он приказал, чтобы подношения для Гонпо приготовлялись вовремя. Наставление это с точностью исполнялось, и подношения совершались в подходящие для этого дни во время растущей и убывающей луны, а также в восьмой день лунного месяца (yar ngo mar ngo'i brgyad gtor)».

Из этого отрывка становится ясно: несмотря на то что некоторые люди с пренебрежением отзывались об этом Гонпо, Пятый Далай-лама высоко его почитал и чувствовал с ним близость, и это был его основной защитник. Некоторые утверждают также, что этот Гонпо был назначен Мачиг Лабдрон (Ma cig lab sgron) хранить терма – спрятанные сокровища Дхармы. Также говорится, что устная линия этого Гонпо в школе гелуг идёт через Кхедруба Тамче Кхьенпу (mKhas grub thams cad mkhyen pa). К примеру, в работе, написанной Палманг Кончог Гьялценом (dPal mang dkon mchog rgyal mthshan), под названием «Линия Ладранг Таши» («Bla brang bkra shis 'khyil gyi gdan rabs lha'i rnga chen») сказано:

«На Гонпо Жал Жипа (Zhal bzhi pa – Четырёхликий) как на защитника Дхармы в Наланде полагался духовный отец Лудруб (Klu sgrub, санскр. Нагарджуна). Хранители доктрины, передающейся от духовного отца к сыну, также получали спонтанную защиту от этого Гонпо. Так как Сакья Пандита (1185–1251) и прочие были держателями учений, передающихся из Наланды, он стал защитником школы сакья. Однако во время позднего периода сакья Тобтрог Вангпо (sTobs 'phrog dbangpo, то есть Четырёхликий Гонпо) проявил себя пред Кхедрубом Тамче Кхьенпой (1385–1438) и сказал: „Сделай для меня подношения, и я защищу тебя и твою линию“. С тех пор необходимым требованием для всех занимающих пост Дже Ринпоче стало принятие этого защитника. Так говорится в биографии Кхедруба Дже („mKhas grub rje'i rnam thar“), составленной Сангва Чоден Рабджором и Сера Джецунпой».

Таким образом, в соответствии с текстом «Коренной тантры Сангду» («gSang 'dus rtsa rgyud», санскр. «Гухьясамаджа-тантра») и прочими этот Гонпо является спонтанным защитником учения Будды в целом, а также хранителем отцовской линии передач учения Нагарджуны.

Гонпо Чаг Жипа, Четырёхрукий Гонпо

MGON PO PHYAG BZHI PA

История Четырёхрукого Гонпо в соответствии с тем, как её записал Третий Далай-лама Гьялчог Сонам Гьяцо, звучит следующим образом. Давным-давно жил один гелонг (монах, обладающий полным набором обетов, санскр. бхикшу), который был большим знатоком двенадцати аскетических практик (sbyangs pa'i yon tan bcu gnyis) и медитировал на Пал Демчоге (dPal bde mchog, санскр. Чакрасамвара). Однажды ночью ему приснился сон, в котором пришёл некий чёрный человек и сказал ему: «Оставь это место и направляйся на север, в Отей Юл (O ta'i yul). Там ты найдёшь чудеснорождённого Демчога по имения Ешекьи Гонпо Дедже Кхорло (Ye shes kyi mgon po bde byed 'khor lo), который дарует тебе то, к чему ты стремишься». Гелонг отправился туда, куда ему указали. По пути он встретил царя по имения Гьялпо Гевей Пал (rGyal po dge ba'i dpal), который полагался на мирское божество в качестве йидама (yi dam – покровительствующее божество). Царь позвал гелонга в свой дворец. В этом дворце гелонг посетил храм покровительствующего царю божества. Так как гелонг не поклонился божеству, царь разозлился. Он приказал убить монаха, прежде выколов ему глаза.

Перейти на страницу:

Все книги серии Самадхи

Радостная мудрость, принятие перемен и обретение свободы
Радостная мудрость, принятие перемен и обретение свободы

В своей новой книге «Радостная мудрость» Мингьюр Ринпоче уделят основное внимание весьма актуальной в современном мире, и одновременно извечной проблеме тревожности и неудовлетворённости в повседневной жизни человека.«Если посмотреть на происходящее с перспективы буддийской традиции, насчитывающей две с половиной тысячи лет, то каждую главу человеческой летописи можно смело назвать "Веком тревоги". Та тревога и смятение, которые мы испытываем теперь, были неотъемлемой частью человеческого бытия на протяжении веков».И что же нам делать? Спасаться бегством или с бессилии опустить руки? Любая из этих реакций неминуемо приведёт к ещё более серьёзным проблемам и запутанности в нашей жизни.«Буддизм — продолжает автор — предлагает третью возможность. Мы должны увидеть в разрушительных эмоциях и других испытаниях, встречающихся на нашем жизненном пути, простые ступени, помогающие нам подниматься вверх, к свободе. Вместо того чтобы отвергать эти аспекты человеческого бытия или становиться их жертвами, мы можем превратить их в своих друзей и использовать для культивации таких внутренне присущих нам качеств, как мудрость, уверенность в себе, ясность и радость».Состоящая, как и все традиционные буддийские тексты из трёх частей, «Радостная мудрость» начинается с определения источника нашего дискомфорта, переходит к описанию техник медитации, которые позволят нам трансформировать любые житейские переживания в глубинное прозрение, и демонстрирует их действенность, применительно к повседневным эмоциональным, физическим и личностным проблемам каждого человека. Такова эта книга, одновременно мудрая, весёлая, полная забавных жизненных историй, богатая научными фактами и пропитанная неотразимым обаянием автора.Я искренне радуюсь тому, что эта книга, уникальная в своём роде, увидела свет. Перед вами воистину увлекательный и предельно практичный синтез тибетского буддизма и передовых научных идей.Согьял Ринпоче, автор «Тибетской книги жизни и смерти»Страницы этой книги наполнены настоящей мудростью, свежей и ясной. Мингьюр Ринпоче предлагает нам то, что может явиться сущностным звеном, связывающим древнее учение Будды и современную нейро-науку, психологию и физику. Он с лёгкостью устанавливает связи между кажущимися совершенно несопоставимыми комплексными дисциплинами, делая это живо, ярко и увлекательно для читателя.Ричард Гир

Йонге Мингьюр

Буддизм / Самосовершенствование / Эзотерика

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература
Сочинения
Сочинения

Дорогой читатель, перед вами знаменитая книга слов «великого учителя внутренней жизни» преподобного Исаака Сирина в переводе святого старца Паисия Величковского, под редакцией и с примечаниями преподобного Макария Оптинского. Это издание стало свидетельством возрождения духа истинного монашества и духовной жизни в России в середине XIX веке. Начало этого возрождения неразрывно связано с деятельностью преподобного Паисия Величковского, обретшего в святоотеческих писаниях и на Афоне дух древнего монашества и передавшего его через учеников благочестивому русскому народу. Духовный подвиг преподобного Паисия состоял в переводе с греческого языка «деятельных» творений святых Отцов и воплощении в жизнь свою и учеников древних аскетических наставлений.

Исаак Сирин

Православие / Религия, религиозная литература / Христианство / Религия / Эзотерика