Брачная ночь в музее

– Не знала, что ты так сильно привязана к Зинаиде Никитичне.

– Что? К этой старой зануде? Ничуть я к ней не привязана. Вот ты ляпнула!

– Но ты едешь к ней в больницу.

– Ну и что?

– Зачем, если она тебе неприятна?

– Ты, Ксюха, у нас совсем без головы. Соображать надо. Старуха-то теперь одна-одинешенька на целом свете осталась. А годков ей уже немало. И здоровье шалит. А добра у нее всякого за жизнь нажито немерено. Она ведь очень богатая, наша Зинаида Никитична.

Богатая? Вот уж про кого Ксюша бы никогда так не подумала.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. Видела ее как-то в банке. Сама счет какой-то там оплачивала, а Зинаида Никитична с менеджером сидела. И у того такой вид был подобострастный, ты бы это видела! И он ей оформлял карту, да не простую и даже не золотую, а платиновую! А знаешь, сколько ее обслуживание в год стоит? От пятнадцати тысяч! Но даже не это главное. Видела бы ты, как менеджер перед нашей Зинаидой Никитичной приседал. Разве что не кланялся в пояс и на колени перед ней не падал. Она с ним долго беседовала. И бумаги разные подписала. Так что, я думаю, у нее в банке не один счет, а несколько.

– Вот как…

– И квартир у старушки целых три. Все в центре. И дом в Сестрорецке. Думаешь, чего Георгий вокруг старушки тетушки хороводы выплясывал? Знал, ради чего старается!

– А ты-то откуда знаешь?

– Я в отличие от некоторых ушами не хлопаю. Георгий мне и раньше намекал, что Зинаида Никитична очень богата. Дескать, от родителей ей огромное наследство осталось. Свою сестру – его мать – она как-то сумела обойти, родители все свое золото и фамильные драгоценности Зинаиде оставили. А ты сама понимаешь, что антикварное золото в цене только растет.

– Как и просто золото.

– Я слова Георгия на ус намотала. Плюс то, что я сама ее в банке видела. И когда сегодня услышала, что старушка наша совсем одна в целом свете осталась, мигом справочки насчет ее недвижимости навела. Знакомой в риелторское агентство позвонила, она мне живо весь список недвижимости нашей старушки и выдала.

– Так быстро?

– Это же сейчас все легко и просто делается, – снисходительно пояснила Кристина. – Вся информация в электронном виде хранится, скачивай себе базу данных и пользуйся. И это еще я не проверила, что у старушки за границей жилье имеется. Там база совсем другая, у моей подружки к ней доступа нету, но она обещала мне через знакомых все разузнать. И можешь не сомневаться, она для меня все разузнает, потому что свою выгоду будет иметь.

– Ну, допустим, есть у Зинаиды Никитичны деньги, тебе-то какое до этого дело? Это же ее деньги, ее платиновые карты и ее недвижимость. Тебе-то от этого ни горячо, ни холодно.

– Ты что? – Кристина смотрела на девушку как на какую-то диковину. С удивлением, граничащим с восхищением. А потом энергично повертела пальцем у виска. –   Ты вообще?.. Ты где живешь? В каком веке? В какой стране? Как ты вообще до своих лет дотянула, если совсем мышей не ловишь? Ку-ку! Очнись!

И Кристина пощелкала перед носом у Ксюши пальцами с длинными ногтями. Ксюша невольно обратила внимание на слишком яркий алый маникюр с золотыми прожилками и на кольцо с таким же алым камнем, наверняка натуральным рубином. Синтетику Кристина не признавала и всегда говорила, что каждое новое украшение обязательно несет к ювелиру на проверку. Ювелир у Кристины, конечно же, тоже был знакомый, прикормленный и свой в доску. Других людей рядом с Кристиной и не водилось. Все должны были приносить ей определенную пользу, а просто так она ни с кем не дружила.

Кристине с ее кипучей энергией следовало бы работать где-то в другом месте. Пыльные фонды музея были совсем не по ней. Она на работе откровенно скучала. Но Кристина была жертвой снобизма. Она вбила себе в голову, что должность работника культуры поможет ей удачно выйти замуж. Мол, одно дело – для успешного бизнесмена взять себе в жены торговку, и совсем другое – когда супруга работает в музее. Значит, с образованием. Значит, культурная. Такой женой можно похвастаться. Кристина всегда знала, чего она хочет. Сейчас она хотела замуж. И ради выгодного замужества была готова даже терпеть скучную работу в музее.

– Объясняю для особо одаренных! Если старушка осталась одна, она легкая добыча. Немножко комплиментов, немножко внимания, немножко лести, и вот она уже души не чает во мне. Я – ее лучший друг, ее палочка-выручалочка. А через несколько лет и наследница! Тогда и замуж можно не выходить. Мне тех денег, которые есть у старухи, хватит на долгие годы. Особенно если она назовет меня своей единственной наследницей.

– Так уж и наследницей. Ты же ей не родня.

– И что с того? Завещание можно на кого угодно написать. Была бы собственность, а уж кому ее завещать, это дело только самого собственника.

– Зинаида Никитична как-то не похожа на человека, способного принимать скоропалительные решения.