Брачная ночь в музее

– Всегда рад был постараться для любимой тетки. Он же так ее опекал! Так любил! Мы прямо умилялись, когда их вдвоем видели. Он высокий, сильный, а так бережно с ней обращался. Из машины выходить – всегда руку ей подаст. В обед ее в кафе возил. Сейчас же везде этот фастфуд, всякие там сосиски да гамбургеры. А в нашем возрасте такую еду каждый день есть не будешь. Вот Георгий и отыскал неподалеку кафе, где кашку да пюрешку подают, да овощи тушеные, рыбку на пару, котлетки из курятины. Все легкое, как раз для наших зубов и желудков. Туда он тетушку и возил.

Теперь Ксюша вспомнила, что и сама видела неоднократные совместные выходы Георгия и Зинаиды Никитичны. Но тогда она как-то не придала этому значения. Просто подумала, что Георгий хороший парень, если так заботится о посторонней старушке. А выходит, что совсем даже и не о посторонней. Но Ксюша умилялась молча, а сам Георгий эту тему никогда не поднимал.

– Я не знала, что они родственники.

– А я знала, – пожала плечами Людмила Павловна. – И все наши знали. Просто ты, Ксюша, не так давно работаешь, вот еще и не успела узнать всех наших тайн. Хотя какая это тайна? Никакая не тайна. Когда сестра у Зинаиды умерла, она очень горевала. Не жаловалась, она же гордая, но мы видели, как ей плохо. А потом Зинаида устроила Георгия к нам в музей. Не совсем его специальность, но Зинаида очень упрашивала. Говорила, что после смерти сестры у нее только один Георгий и остался, что она должна позаботиться о мальчике. Иван Петрович пошел навстречу Зинаиде Никитичне, взял парня к нам. Сначала на время, а потом прижился Георгий. И вот теперь оказывается, Зинаида своими руками племянника погубила. Лучше бы и не хлопотала за него. Подальше бы от себя оставила, целей был бы.

– Но кто же знал.

– Сердцем должна была почувствовать. Сама бы с ним пошла, коли такое дело. А она лампу ему дала и одного его отправила в подвал. У нее люди в это время были. Конечно, потом, когда короткое замыкание в музее случилось и свет погас, тоже побежала вниз, да только уже поздно было. Ох, зато как она кричала! Я даже не думала, что у Зинаиды такой голос может прорезаться. Так кричала, что во всем музее слышно было. Прибежали, а она уже там лежит без памяти. И Георгий… тоже лежит. Мертвый. Весь обуглился, вода под ногами хлюпает, а рядом с Георгием провод оборванный валяется. И стремянка сломанная. Видимо, не выдержала вес Георгия и подломилась. Он стал падать и машинально ухватился за первое, что под руку подвернулось.

– А подвернулся ему провод…

– Стукнуло его током так, что сразу насмерть.

– Неужели там было такое большое напряжение?

– Обычное. Ему хватило.

– У моей подруги ребенок палец в розетку сунул, так жив остался.

– Хорошо, что один палец сунул. А кабы оба… Нет, Ксюша, с электричеством шутки плохи. Оно и светит, оно же и убить может. Известное дело, энергия. Вот Георгий этого не знал и поплатился за свою неосторожность. Ну, полиция снова приехала. Все на месте трагедии осмотрели. Быстро обернулись. И Георгия тоже быстро увезли. Сказали, что на первый взгляд несчастный случай.

Несмотря на трагичность новости, Ксюша испытывала облегчение при мысли, что вторая смерть все же являлась следствием естественных причин. Несчастный случай – ужасно, печально, но все-таки и вполовину не так ужасно, как убийство. Хотя бы уже потому, что никого не придется подозревать. Единственная, кого можно с большой натяжкой признать виновной, сама горюет больше всех.

В это время мимо прошла Инна Карловна, которая на ходу сообщила:

– Зинаиду Никитичну увезли в больницу.

– Все-таки инфаркт!

– Нет, бог миловал. Но общее ее состояние оставляет желать лучшего.

– Конечно, такой удар.

– Мы сами попросили врачей забрать бедняжку и вообще получше приглядеть за Зинаидой Никитичной. А то как бы не учудила чего-нибудь и с собой.

Инна Карловна ушла, а Людмила Павловна покачала головой и снова взглянула на Ксюшу:

– Вот ты спросила, почему я Зинаиду не люблю, и я тебе отвечу. Не лежало у меня к ней сердце. Вот ты знаешь, я человек общительный, у меня тайн нету. А Зинаида – она совсем из другого теста. Мы с ней больше тридцати лет работаем вместе, а о том, что у нее есть племянник, я года три как узнала. И никто у нас не знал. Да мы и о том, что у Зинаиды сестра есть, примерно в то же время узнали. Сестра болела, Зинаида за ней ухаживала. Конечно, для этого ей с работы приходилось часто уходить раньше времени или, наоборот, позже приходить, вот и пришлось как-то объяснять свои отлучки. Тогда мы про сестру только и узнали. Вот какая Зинаида скрытная!

– Скрытная! – фыркнула гардеробщица тетя Клава, которая давно прислушивалась к их разговору, а теперь решилась в него вступить. – А жадная она какая! Никогда ни на праздники, ни на дни рождения, ни даже на поминки деньги не сдает. Притворяется, будто бы не слышит! И про себя ничего не рассказывает. Только от Георгия и узнали, что Зинаида из богатого купеческого рода. Дед ее перед революцией взял себе жену из благородных, так родителей своих Зинаида считала лицами дворянского звания.