Броня генетической памяти

Общинный строй жизни сформировал русское право на общинную землю, которая законно принадлежит каждому члену общины и его семье. Древнее понятие о своей собственной и в то же время общей, принадлежащей всей общине территории, малой Родине для каждого русского, хранится в исконном значении слова семья. Семья связывает род человека с землей, на которой тот живет, – слова семья и земля одного происхождения. Привязанность к малой Родине всегда сохранялась в русском человеке, в какие бы чужедальние края он ни отправлялся, привязанность эта кроется в понятии о земле нашей семьи, общинной земле, на которой жили, работали, умирали предки. Корень подобных представлений в том, что традиция распределения общиной земли во временное владение каждой семье позволяла рассматривать все земельное владение общины как общее наследие и общее достояние, принадлежащее всем мирянам. Отвод земель в крестьянской общине совершался на каждую семью, именуемую двором, раз в два-три года, справедливость требовала, чтобы получивший хорошие земли в одном переделе, в последующий отвод получал неудобье, и так члены общины постоянно менялись землями, обихаживая их с равным старанием, так как каждый понимал, что рано или поздно все наделы общинной земли пройдут через его руки. Этому порядку тысячи лет, ведь справедливый раздел земли – сенокосов, лугов, рыбной ловли, лесов – проходил по жребию еще в X веке, и в Уставе о земских делах Ярослава Мудрого сказывалось: «Аще разделение земли будет, и пообидит кто в жребии, вольно будет порушати бывшее разделение». Так что мирская земля, ее пахотные, сенокосные, пастбищные, лесные угодья равно принадлежали всем семьям общины, были для них родной землей, землей их семьи. Это вам не клочок огорода в шесть соток, что обихаживает большинство нынешних «землевладельцев». Общинные владения приучали каждого крестьянина к тому, что его земля обширна и неоглядна. Истоки широты русского характера в общинном владении землей.

Тысячелетиями существовавшая славянская община породила наше представление об общем имуществе, отделенном от личной собственности, но при этом именно общем, принадлежащем всем членам общины. Общинное достояние искони было в русском представлении тем, что надежно и нерушимо, что не даст умереть с голоду в одинокой старости, что сохранит малыша-сироту при моровом поветрии, что удержит семью, потерявшую кормильца, от окончательного разорения. Выражение «пойти по миру» означало вековую привычку просить помощи у общины. Потому и помнят исстари «С миром беда не убыток».

Общее имущество делилось мирянами поровну, и начальные понятия об общем достоянии и справедливом его разделе взросли именно в общине – на мирских сходах, где наделяли каждого и тяглом, и землей, и семенным зерном, поскольку и земельный, и семенной фонды, и работы для всего общества были общими.

В убеждении об общем достоянии всего народа до сих пор взрастает каждый русский. С детства мать нам наказывает: это не твое – это общее, а общим надо делиться со всеми. И таким общим, на русский взгляд, являются и земля, и реки, и моря, и леса, и недра, составляющие нашу страну, входящие в обережный круг русской земли. Потому строжайше пресекая воровство личного, чужого имущества, в русской традиции не осуждали ни заготовку дров в чужом лесу, ни ловлю рыбы в чужих озерах, ни охоту в соседских охотничьих угодьях. Ибо и угодья, и реки с озерами, и леса – все это искони было общим, дарованным народу от Бога, и пользоваться божьими дарами считалось не за грех. Временные владельцы общего добра могли сколь угодно грозно охранять леса и реки, как сегодня они огораживают захваченные народные угодья заборами и колючей проволокой, но любые запреты и угрозы не в силах изменить русского народного закона об общем достоянии. По-прежнему наш человек считает грехом воровства залезть в чужой дом и забрать имущество и деньги, но не считает преступлением попользоваться присвоенными приватизаторами божьими дарами, что искони дарованы и принадлежат всему народу. Так же и недра нашей земли общие, и качать из них нефть, добывать золото и уголь в пользу временных захватчиков общего добра – в русском народе никогда не будет признано справедливым. Рано или поздно грядет новый русский передел, передел по справедливости, передел, возвращающий недра и землю народу, и такие переделы уже не раз бывали на Руси.