Будет больно. История врача, ушедшего из профессии на пике карьеры

«Доктор Адам! Вы принимали у меня роды!» – завизжала женщина на кассе в супермаркете. Я совершенно ее не помню, однако все сходится. В конце концов, с моим именем и родом занятий она не ошиблась. Я спрашиваю про ее «малыша», потому что, само собой, не помню, какого пола ее ребенок. С ним все в порядке. Она задает мне невероятно конкретные вопросы, касающиеся той беседы, которая у нас состоялась год назад за ее влагалищем: про то, как у меня продвигается постройка сарая, успел ли я заскочить после работы в строительный, как собирался. Мне немного неудобно из-за того, насколько больше она запомнила меня, чем я ее. С другой стороны, однако, это же был один из важнейших моментов в ее жизни, в то время как для меня эти роды вполне могли стать шестыми за день. Вот как, должно быть, чувствуют себя знаменитости, когда поклонники спрашивают у них, помнят ли те, как давали им автограф после концерта 10 лет тому назад.

– Я пробью его как чеддер, – шепчет она мне, взвешивая купленный мною козий сыр.

Это сэкономило бы мне пару фунтов, став самым крупным денежным поощрением на работе, которое я когда-либо только получал. Я улыбаюсь ей в ответ.

– Это не чеддер, Роузи, – говорит проходивший мимо менеджер…

…И от моего поощрения не остается и следа.

30 марта 2009 года, понедельник

Только что распечатал родителям снимок их ребенка и уже начал стирать с живота мамы гель для УЗИ, как вдруг отец просит меня сделать еще один снимок под другим углом со словами: «Просто я не уверен, что этот можно будет разместить на «Фейсбуке». Я уже было начинаю закатывать глаза, порядком устав от этих помешанных на себе любителей социальных сетей, ни дня не способных прожить без общественного внимания, когда наконец посмотрел на снимок. Тут-то я и понял, что он имеет в виду: на фото кажется, что ребенок мастурбирует.

3 апреля 2009 года, пятница

Выпиваю с Роном. Говорим о его работе и про то, что он решил «двигаться дальше». Я сам временами подумываю о том, чтобы и мне начать двигаться дальше. Однако проблема в том, что у меня в этой стране только один потенциальный работодатель. Рон предлагает устроить мне встречу с консультантом по подбору персонала и выражает уверенность, что у меня полно навыков, которые пригодятся в других профессиях.

Я частенько слышу нечто подобное от тех, кто не работает в медицине, но им меня не убедить. Многим кажется, что врачи – эксперты в разрешении проблем, способные по набору симптомов определить конкретный диагноз. На деле же мы скорее доктор Ник (Горе-врач из «Симпсонов». – Примеч. перев.), чем доктор Хаус. Мы учимся распознавать ограниченное количество конкретных проблем по увиденным ранее признакам – подобно 2-летнему ребенку, который отличит кошку от утки, однако вряд ли правильно назовет шлакоблок или шезлонг. У меня упорное чувство, что я не продержался бы долго в роли консультанта по вопросам управления, используя свои навыки решения проблем, чтобы увеличить продажи провального бренда нижнего белья для женщин.

«Тебя определенно ждет шестизначная зарплата», – говорит мне Рон, пересылая контактную информацию своего знакомого консультанта. Я обещаю с ней непременно связаться, однако не уверен, хочу ли этого. Не уверен, что и она захочет мне помогать, когда я назову ей свои ключевые навыки – вытаскивание из влагалищ детей и «Киндер-сюрпризов».

6 апреля 2009 года, понедельник

Все взоры устремлены на проводимое запланированное кесарево – на этот раз в связи с предлежанием плаценты[110]. Операция проходит гладко, однако все молчаливы и сосредоточенны, так как в любую секунду все может пойти наперекосяк. Все, за исключением отца ребенка, настроенного на дурацкие шутки.

«Ого, хорошо еще, что обычно все это спрятано за кожей», что-то насчет пениса ребенка и пуповины – обычные пошлости.

Полагаю, он просто нервничает, однако его нелепая болтовня сильно раздражает и отвлекает. Я безразлично мычу в ответ на его остроты, чуть ли не говоря в открытую: «Я тут пытаюсь сосредоточиться. Позвольте мне принять роды. Я же не вмешивался в момент зачатия со своими дешевыми прибаутками».

Он все не унимается:

– Лучше бы он не был черным. Бывало такое, что ребенок рождается не того же цвета, что и родители?

– Синий в счет? – выдаю я.

С балаганом покончено.

17 апреля 2009 года, пятница