Бунтари и мятежники. Политические дела из истории России

Тем не менее попытки принудить императора подписать акт об отречении от престола не возымели успеха. Разговор перешел на повышенные тона, перерос в перепалку. По свидетельствам, записанным впоследствии со слов самих заговорщиков, первый удар императору в голову нанес золотой табакеркой Николай Зубов, старший брат Платона Зубова, потом на Павла накинулись уже вместе, стали избивать и задушили попавшим под руку шарфом.

В ту же ночь наследник престола Александр узнал о смерти отца. Согласно общепринятому мнению, Александр был осведомлен о заговоре, молча поддерживал его, но был против его кровавой развязки.

Утром 12 (24) марта 1801 года был издан манифест о кончине императора Павла I и о вступлении на престол императора Александра I. Причиной смерти императора Павла назвали апоплексический удар (инсульт). В этом же манифесте Александр I принял на себя обязательство следовать «премудрым намерениям» своей бабки Екатерины Великой, а также кратко изложил цель своего правления: «достигнем вознести Россию на верх славы и доставить ненарушимое блаженство всем верным подданным Нашим».

После вступления на престол Александра I как внешняя, так и внутренняя политика претерпели неизбежные изменения. Намечавшийся союз с Францией так и не был осуществлен. Отношения с Англией и Австрией, напротив, Александр поспешил восстановить; в частности, 5 (17) июня 1801 года была подписана русско-английская конвенция, которая урегулировала существовавший межгосударственный конфликт и позволила заново наладить дипломатические связи между двумя странами. Александр I вернул на службу несколько тысяч военных и гражданских чинов, уволенных его отцом, объявил амнистию тем, кто скрывался от прежнего режима за границей, возобновил действие ранее упраздненных привилегий дворян и т. д.

Несмотря на то, что Александр I оправдал надежды, возлагавшиеся на него высшими сословными кругами, их представители, участвовавшие в заговоре против Павла I, так и не дождались близости к новому императору. Александр I тяготился присутствием убийц своего отца и старался их от себя отстранить. Подобную же позицию заняла и вся остальная императорская семья, в особенности вдовствующая императрица-мать Мария Федоровна.

Во многом благодаря стараниям императрицы Пален был уволен в отставку с отбытием в свое курляндское поместье. Панина сперва отправили в трехлетний отпуск, а затем запретили проживать в обеих столицах, что вынудило его поселиться в родительском имении в Смоленской губернии и провести остаток жизни там. Платон Зубов первое время оставался при власти и даже стал членом Непременного (Государственного) совета, но к концу 1801 года за ним установили тайное наблюдение, что в совокупности с холодным отношением к нему императора и царственной семьи вынудило его покинуть страну. Дальнейшая его жизнь не отмечена каким-либо значимым участием в государственном или военном управлении. Его брат Николай также был отставлен от дел, вызвав немилость императора, и доживал последние дни в своем московском имении. По сути, подобная участь ждала каждого, кто в заговоре сыграл сколь-нибудь заметную роль.

Убийство Павла I завершило XVIII век в российской истории — век не только славных достижений русской армии и флота, но и дворцовых переворотов. Наступала эпоха мятущегося либерализма, скатывающегося к самодержавию, и всевластию чиновничества.

ДЕЛО ШЕСТОЕВосстание декабристов: дерзость или убеждения

Военное выступление на Сенатской площади стало выражением крайнего недовольства политической безыдейностью царского правления. В отличие от стихийных бунтов Степана Разина и Емельяна Пугачева, декабристское восстание явилось результатом организованной работы идейно выверенной системы тайных дворянских обществ. Движущей силой заговора стала образованная и материально обеспеченная часть населения — дворяне.

Несмотря на кажущиеся привилегии и достаток, служилое дворянство сформировало четкие взгляды на переустройство страны, так или иначе соответствовавшие общеевропейским гуманистическим тенденциям. Русские дворяне существовали в одном культурном пространстве с дворянами европейских государств, воспринимали их взгляды, взращенные в эпоху Просвещения, и вольно или невольно перекладывали на российскую действительность. Несоответствие идеалов и реального положения дел неизбежно порождало недовольство и внутреннее стремление изменить ситуацию.