Читаем Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника полностью

На втором заседании, которое проходило 11 октября 1921 года, «секция постановила: считать желательным создание учреждения, разрабатывающего экскурсионный метод. Санкционировать открытие в Петрограде Экскурсионного исследовательского института по типу московских институтов и, в частности, по типу Центрально-экскурсионного института в Москве[1380]. В административном отношении институт должен находиться в ведении Петроградского отделения Академического центра» (53-1-3, л. 8-9).

Забегая вперед, заметим, что в июле 1922 года Гревс сообщил на заседании правления института: «В Москве был план оставить Московский экскурсионный институт при 30 местах, а Петроградский, как непроявивший себя, уничтожить. Только заступничеством Ольденбурга[1381] и Марра[1382] удалось спасти Петроградский институт от полного закрытия» (53-1-7, л. 58).

Институт разместился в квартире № 6 на третьем этаже дома № 13 по Симеоновской (ныне Белинского) улице, на углу Литейного. В этом же здании, известном как «Дом экскурсанта», институт открыл магазин «Русский библиофил» и кинотеатр «Сильва».

Директором института назначили Э. В. Краснуху[1383], ранее заведовавшую Экскурсионным подотделом Губполитпросвета.

Проектное штатное расписание института сократили более чем в два раза, и оно распределилось следующим образом: 1) Экономико-технический отдел – заведующий В. В. Дмитриев и 6 сотрудников; 2) Гуманитарный отдел – заведующий И. М. Гревс и 8 сотрудников (с 1923 года – 6); 3) Естественно-исторический отдел – заведующий В. Н. Любименко и 8 сотрудников; 4) Консультационно-справочная секция – 1 сотрудник.

Оставляя в стороне работу Естественно-исторического отдела, который занимался изучением и экскурсионной пропагандой флоры, фауны и недр Петрограда и окрестностей, и Экономико-технического отдела, сконцентрировавшего внимание на промышленности, транспорте, энергетике и благоустройстве населенных мест (оба отдела были созданы не без идеологического давления, в частности, установки Крупской), коснемся деятельности Гуманитарного отдела.

В штат Гуманитарного отдела в 1922 году входили выпускники историко-филологического факультета Петербургского университета: Н. П. Анциферов, Н. В. Вейнерт, В. А. Головань, Г. Э. Петри, А. Г. Ярошевский, а также Я. А. Влядих (в замужестве Вейнерт) – выпускница историко-филологического отделения Педагогического института, А. В. Карлсон – выпускница Археологического института и училища Штиглица, О. М. Рындина – выпускница историко-филологического отделения Высших женских курсов.

Постоянными, хотя и внештатными, сотрудниками отдела были еще 9 человек (по предложению Гревса зарплата делилась на всех): окончившие историко-филологический факультет Петербургского университета Б. П. Брюллов, Е. А. Лютер и А. Е. Пресняков; выпускник исторического отделения Петрозаводского университета Н. П. Черепнин; выпускник Мюнхенского университета, доктор философии по классической археологии О. Ф. Вальдгауер; профессор истории искусств К. К. Романов; выпускница Московского университета, историк Т. В. Сапожникова, а также окончившие Высшие женские курсы Л. Н. Пескова и Н. Д. Флитнер. Все эти люди обладали опытом экскурсионной, музейной, педагогической и исследовательской работы.

В фонде 53 ЦГАЛИ СПб хранится пространная записка Гревса, проясняющая историю гуманитарного экскурсиеведения в Петрограде и создания института. Этот отчет о работе отдела был составлен Гревсом в марте 1922 года:

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги

Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза